Я прикрыл глаза. Как так? Кома? Три месяца? А как же Соболево? Как же Мишка, Петя, Коля, Славка, Джейк? Неужели это все был бред моего больного воображения? Да не может такого быть! Может я наоборот, сейчас сплю? Я попытался под одеялом себя ущипнуть за ногу. Ай! Больно! Ничего не произошло, как лежал на кровати, так и лежу. Нет, недостаточно больно! Я сильно сжал челюсти, укусив себя за внутреннюю часть щеки. Меня пронзила боль, я почувствовал, как внутри рта потекла кровь из прокушенной щечной мышцы.

— Вовка! Что с тобой? — панически заорала Лена, увидев, как из уголка рта потекла кровь.

Она вместе с врачом метнулась ко мне.

— Владимир Александрович! Вам плохо? Откройте рот!

— Все в порядке, — я открыл глаза и улыбнулся окровавленным ртом. — Простите, если напугал. Случайно укусил себя.

— Ни хрена же ты кусаешься! У тебя весь рот в крови! — заохала сестра.

— Заживет, не беспокойся. Главное, что я очнулся.

— Это точно, — улыбнулась Елена.

— Ну я вас оставлю, если позволите, меня ждут другие пациенты, — врач ушел, и мы снова остались вдвоем.

Через пятнадцать минут внутрь залетели отец с матерью. Да уж, как же я по ним, оказывается, соскучился...

— Вова, Вовочка, — заплакала мать, бросаясь ко мне на шею и повторяя удушающий прием, который исполняла на мне Ленка немного ранее.

— Осторожней, мать, задушишь, — улыбнулся батя и протянул мне руку. — Привет, сын. Рад, что ты очнулся.

— Привет, бать, — с улыбкой ответил я, пожимая руку после того, как мама все же ослабила хватку. — А я-то как рад. А может домой поедем? На меня больница всегда угнетающе действовала.

— А ты как? Нормально? — с сомненией спросил отец.

— Да конечно, вообще все прекрасно, — ответил я, не уточняя, конечно, что у меня сейчас болит щека от укуса, ноги и левая грудь. Но это все было мелочи. Дома и стены лечат, как говорится.

— Ну давай, спрошу врача, — сказал батя и вышел из палаты.

— Сынок, с тобой точно все хорошо? У тебя кровь на лице.

— Да конечно, мам. Укусил себя случайно за щеку. А вы как? Как тут в Москве? Освоились?

— Ой, можно подумать, что мы тут никогда не жили, — с улыбкой сказала мама, махая на меня рукой.

— Ну тоже верно.

Через десять минут вернулся папа.

— Ну врач говорит, что в принципе, если неофициально, — отец, хмыкнув, потер большой указательный палец друг о друга, — то можно отпустить. Но только без выписки. Выписку получишь где-то через неделю, если все будет хорошо. А пока будешь тут числиться. Ну и несколько анализов нужно будет приехать и сдать.

— Вообще не проблема! Приеду, сдам. Хоть сейчас можете кровь собирать, — я улыбнулся и показал на пятнышко крови, капнувшее на одеяло.