Я тут же высказал вслух жалобу:

— А чем тут так воняет?

Яромир глянул искоса на появившегося в поле моего зрения Чудника:

— У него спрашивай.

Наш волхв и по совместительству целитель обиженно цыкнул:

— К его ноге прикасалась тварь из навьего мира. Как, по-вашему, мне её лечить?

Я с интересом уставился на товарища по волхованию:

— Сильно она пострадала?

— Рана неглубокая. Я промыл, а затем смазал проверенной мазью. Туда входит барсучий жир, отвар из змеиных кишок и струя дикого кабана.

— Кого⁈ Какого к хренам кабана!

Чудник не обратил на мою реплику никакого внимания, размотал повязку и пристально смотрел мою рану. Резко пахнуло так, что все отступили в сторону. Я еле сдержался от тошноты.

— Все хорошо. Дня через три заживет. Но тебе до ветру ходить лучше с кем-нибудь для опоры, ногу беречь.

— Да понял я!

Фу, ну и воняет! Я старался не смотреть на ногу. Еще вывернет. Чудник подвесил рядом связку пахучих трав, дышать стало легче. После осознания, что все закончилось удачно, меня отпустило. Захотелось пожрать и накатить. О чем я не преминул тут же сообщить. Товарищи враз повеселели и засуетились. Знахарь также был не против и даже самолично присоединился к нашему небольшому загулу. Меня усадили поудобней на подушках и поставили для удобства низкую лавку. Вскоре на ней, как на скатерти-самобранке появилась жареная утка, тушеные корешки болотных растений, зелень и сосуд с вином. Товарищи порешали, что красное вино больному полезней, а себе притащили запасенный кормчим бочонок с ёлем, легким пивом.

Ну а почему бы и не гульнуть малёхо? Во какой фронт работы провернули! Ошкуй еле проползает по изведанному фарватеру, и все равно впереди постоянно два челна разведывают путь. Ребята из палубной команды замеряют глубину и дают знак кормчему. Боровит не вылезает с рубки, помахал мне рукой и снова за штурвал. Он у него основательный из красного дерева, обит в нужных местах латунью. Наверху два наблюдателя с биноклями. Бдят.

Говорят, что после нападения нежити на меня все поначалу жутко перепугались. Одно дело столкнуться с дикими людьми или разбойниками, совсем иное схватиться с порождением занавья. Но среди егерей были люди, уже имевшие подобный опыт, наверное, потому не возникло паники. Меня утащили на лодью, на берегу расставили посты, раздали патроны с серебром. Яромир и Чудник включили обереги. А остальные в ударном темпе закончили работу. Благо оставалось её немного. Трюмы ошкуя загружены под завязку. Оба. И куча всяческого барахла принайтована на палубе. Даже в поварне протолкнуться некуда. Потому командиры по максимуму оставили запасы и снаряжение в лагере. Большому походу быть! Даже происшествие со мной никого не остановит. Не те это люди, чтобы отступить перед опасностью любого рода. Подобные найденному нами заброшенному граду в последние годы большая редкость. Так что чую, выпотрошат там все постройки до кирпичика.