Она внимательно посмотрела мне в глаза.

— Ты бы понял.

Что ж, пожалуй, она права. Не сразу, но наверняка понял бы.

— Стоило ли оно того? — вздохнув, спросил я.

Снова последовала долгая пауза. Оля отодвинула от пульта второе кресло и заняла его. Какое-то время рассматривала изображение на стоп-кадре. Потом начала говорить.

— Я не планировала это изначально. Но на всякий случай старалась скрыть своё отношение. Отказалась от участия в допросе, потому что подумала, что могу сорваться. Наделать такое… за что потом было бы очень стыдно. А ещё я хотела сохранить доступ к нему. Если говорить откровенно, я думала о том, что с ним может быть дальше. Обмены, торг, вот это всё… то, что мне очень тяжело было принять… я ведь не рассказывала про мужа, да? Про то, как эти ублюдки звонили…

Она всхлипнула и прижала ко рту руку. Я продолжал молчать, давая ей возможность взять себя в руки.

— В общем, я бы не хотела допустить, чтобы он снова оказался среди своих. В безопасности. Особенно после того, как тот парень, Саша, водитель умер у меня на руках.

Ещё одна пауза.

— Когда ты поняла, что сделаешь это? — спросил я.

— В последний момент, — ответила она. — Это правда. Сначала я хотела просто поговорить. Увидеть в его глазах подобие раскаяния… что-то человеческое, понимаешь?

Она посмотрела на меня. Я кивнул в ответ.

— Но тот сразу начал меня прощупывать. Профессионально. Прошёлся по ключевым болевым точкам, которые должны были бы быть у врача, работающего в глубинке… и в какой-то момент я начала ему подыгрывать. Он рассказывал, что большая часть США уцелела, что система ПРО отработала на отлично, и что скоро оккупационный корпус доберётся и до наших мест. Потом добавил пару картинок из замечательной американской жизни. И уже после предложил сотрудничество за вознаграждение.

— Что он предложил? — спросил я. — Выезд за океан?

— Это если я захочу. А если нет — работу в оккупационной администрации. «У тебя будет возможность наладить жизнь по-своему», — говорил он…

— А ты?

— Дим, меня такая злость взяла… никогда в жизни ничего подобного не испытывала. В тогда-то я и придумала этот план: чтобы тело не прятать, не объясняться… и я начала играть. Сказала, что наши люди заметили высадку их группы за дальним лесом на севере. И что это, наверно, его ищут. Он сразу оживился такой, решил, что дело в шляпе. Ну, я его чуть притормозила: рассказала про погодные условия, про хищников, про то, что до своих добраться ему очень сложно будет. И после этого пообещала помощь — вещами, продуктами, медикаментами. Ещё сказала, что у меня есть доступ к нашей военной фармакологии, которая позволяет без критического вреда для здоровья выживать длительное время, сохраняя силы в условиях низких температур…