Всё произошло очень быстро, всего несколько секунд борьбы и голова старика взметнулась вверх, отсечённая от тела и, разбрызгивая капли крови глухо стукнулась об пол. Звякнула спица, вылетевшая из причёски и звонко покатилась по камню.

— Кровь, — в наступившей тишине, сказал тяжело дышавший Свен, ткнул в меня пальцем, — не оставляй.

Быстро вытащил платок, успев зажать нос. Вроде бы на пол не упало ни одной капли. Свен же стащил с пальцев кольца удавки, и я заметил оставшиеся синие отметины. А палец на левой руке начал быстро опухать. Поспешив к Тяше, сползшей со стула на пол, я осторожно перевернул её на спину. Дышит. Бледная только. Использовав немного сил, проверил, что внутреннее море у неё не повреждено. Опустошено только на четыре пятых, но это не страшно. Недели за три придёт в норму. Встав, я повернулся, широким движением смахнув кристалл с постамента, разбив его вдребезги о стену.

— Зря, — не оборачиваясь, сказал немец. Он склонился над телом, шаря по внутренним карманам одеяния мудреца. — Цзы иногда уходит, не предупреждая никого. А камня хватятся.

— Пусть думают, что он его с собой утащил, — отмахнулся я. — Надо только осколки смести.

— Я подчищу здесь. Забирай девочку и уходи.

— Девочку, — передразнил я его. — Вполне взрослая девушка.

Напряжение постепенно отступало и накрыло первой волной усталости. Руки немного тряслись. Верный признак, что потратил слишком много сил. Подняв Ташу, поспешил к выходу, прислушиваясь, чтобы ненароком не нарваться на монахов. Но на всём пути наверх не встретил вообще никого. Словно они все разом съехали. Даже на улице было тихо. Отголоски силы слышались из дальней части монастыря, где проходила тренировка мастеров. Может старик Цзы приказал другим пару часов держаться подальше от подвалов? Мне это только на руку. Больших открытых участков здесь нет, поэтому особо можно не переживать, что увидят со стороны. До нашей комнаты я добежал меньше чем за минуту. Вошёл, быстро закрыл дверь, прислонившись к ней спиной.

— Что случилось? — рядом оказалась Анна Юрьевна, беря на руки дочь.

— Понятия не имею. Шёл после тренировки, смотрю, Таша лежит, а рядом никого. Но, вроде, в порядке. Кто мне скажет, здесь, вообще, доктор есть, или только монахи озабоченные?

— Доктора нет, — Анна Юрьевна положила Ташу на кровать, села рядом, взяла её за запястье, проверяя пульс. — Они должны были с Мудрецом Да Цзы заниматься. Может, она обратно шла и лишилась чувств?

— Может, — я прошёл к своей кровати, устало опустившись на неё. Взял из рук Алёны платок. — Спасибо.