Начальник медицинской службы Роман Игнатьевич Шимов, сорокапятилетний мужчина, недавно поднявшийся до планки мастера. Многие говорили, что этот уровень он мог получить ещё лет пять назад, но медицина интересовала его куда больше, чем собственное развитие. Найти его труда не составило. Стоило подождать, пока закончится плановый обход, и он сразу пригласил Алёну в свой кабинет.

— Добрый день, Соломина, — доктор провёл девушку к креслу, на ходу измерив пульс.

— Здравствуйте, — Алёна не стала сопротивляться, позволив доктору заглянуть в глаза и осмотреть уши.

— Решили вернуться? — Роман Игнатьевич обошёл кресло, приложив ладонь к спине девушки, прислушиваясь к чему-то.

— В некотором роде. Надежда Николаевна посоветовала заглянуть к Вам, — не стала она тянуть, ожидая сообщение от Кузьмы в любой момент. Даже телефон взяла в руку.

— А, да, — задумчиво протянул он. Закончив через минуту, он прошёл к своему креслу за столом. — Подобный совет ты бы получила от любого преподавателя, встретившегося на пути. Видишь ли, — он откинулся в кресле, сцепив руки в замок, — ты несколько небрежно относишься к своему здоровью. Усердные тренировки требуют хорошего отдыха. Телу необходим отдых, чтобы усвоить ту информацию, что оно получило за день. Думаю, каждый, кто всерьёз занимается боевыми искусствами, знает эту истину. Ты так не считаешь?

— Я доверяю своему учителю, — спокойно ответила она.

— Кхм. Алёна, все люди разные. У каждого свои особенности в плане развития ки и каналов силы. Что для одного вполне естественно, для другого может быть смертельно опасным. Сейчас ты слишком быстро перестраиваешь своё тело. Твоя внутренняя сила не поспевает за изменениями. Вообще-то я думал, что теми темпами, что вы занимались с Матчиным, к этому моменту должны были появиться опасные отклонения, но, слава богам, пока всё хорошо. Сейчас твоё тело балансирует на острой грани. Один неверный шаг, и конец. В лучшем случае, удастся спасти тело, но потоки ки будут разрушены навсегда. Поверь мне как профессионалу, разбирающемуся в вопросе.

Алёна промолчала. Сейчас её вера в Кузьму была настолько велика, что угроза потерять всё её не пугала. Тем более, он предупреждал её о последствиях. И даже отговаривал, когда они переходили ко второй фазе обучения. Она улыбнулась, вспоминая тот разговор.

— Вижу, — вздохнул Роман Игнатьевич, — что тебя не отговорить. Но я и не собирался, — успел добавить он. — Я хочу предложить тебе помощь. Сейчас каналы ки в твоём теле в смятении. Я могу помочь тебе успокоить их. Тогда острая грань, по которой ты идёшь, превратиться в удобную тропинку, с которой очень сложно сорваться. Что скажешь?