Пробив деревянную стену, я вылетел на улицу спиной вперёд, пролетев метров двадцать. Успел сгруппироваться за секунду до падения, и мир вокруг завертелся. На очередном отскоке что-то врезалось в бок, отбрасывая ещё метров на десять. Головокружительный полет закончился у стены поместья, в которую я врезался.
Вскочив, я в последний момент увернулся от третьего удара, расколовшего плиту забора. Едва не пропустил резкую двойку в голову, ушёл в сторону, за что заработал острым кулачком точно под рёбра. Удары в исполнении Марины не имели большой силы, но сыпались как из пулемета. С десяток я пропустил в корпус, отвлёкшись лишь на секунду. Со стороны зала к нам спешила Татьяна в традиционном кимоно для занятий карате. Не таком, как у меня из грубой серой ткани, а скорее для занятий в зале. За ней плелась Оксана в таком же обтягивающем трико, что и Марина.
Разорвав дистанцию, я немного отступил от забора, дав возможность девушке перевести дыхание.
— Красивый комбинезончик, — улыбнулся я.
— После того, что я с тобой сделаю, — нахмурилась она, — сможешь носить такой же.
— Удачная шутка, засчитана, — я рассмеялся, махая рукой сестре. — Оксана, ты чего такая хмурая?
— Зато ты у нас шибко весёлый, — ответила она и недовольно проворчала. — Размяться надо.
— Как раз и посмотрим, не скисла ли ты тут за два года безделья.
— Харош болтать, — Марина перевела дух, готовясь напасть. — Тань, не лезь, я первая.
Общими усилиями девчонки пытались побить меня минут сорок. Поразительная выносливость. Даже учитывая, что я почти не сопротивлялся, удары в полную силу довольно быстро измотали их. Приятно поразила Таня. Ногами она дралась мастерски. Один раз подловила меня на уходе с линии атаки и пригрела через всю спину, едва не развалив мною несчастную плиту забора. А вот сестра слегка разочаровала. С нашей последней встречи она почти не стала сильнее. И, видя недовольство на моём лице, так отчаянно колотила меня, что выдохлась первой.
Не желая, чтобы тренировка переросла в вялую возню, я перешёл в нападение. Первой под раздачу попала Марина. Последний её удар я даже не почувствовал. Ухватив за предплечье, я рванул её вниз и классическим приёмом описал девушкой полукруг, отправив в полёт к лежащей на земле Оксане. Таня же устала меньше, но и её удары потеряли силу. Пришлось встречать каждый удар жестким блоком. После четвёртого лицо её скривилось, и она заковыляла к остальным, потирая ушибленную голень.
Я же приподнял край куртки, недовольно глядя на небольшой синий отпечаток кулака сестрёнки. Из пары сотен пропущенных ударов этот единственный прошёл сквозь кинетическую броню.