Один из охранников попытался выскочить на улицу, но поймал пулю и рухнул, разбив телом дверь. Его начальник уже переворачивал столы, второй рукой не глядя набирая номер на телефоне.

Я аккуратно опустил сестру на пол за столами. Пуля лишь краем задела её плечо, оставив глубокую рваную рану. Она зашипела и скрипнула зубами, когда я убрал её руку, чтобы посмотреть.

— Туда, — сказал я Николаю и девчонкам, показывая на дверь в туалет. — Сидеть там и не высовываться! И ты с ними, — я ухватил охранника за рукав и подтолкнул в указанном направлении. — Головой за них отвечаешь.

Марина взяла за руки мелких и потянула к двери. Они вроде бы поняли, что произошло что-то плохое, но что именно, пока не разобрались. Лишь глаза округлили от страха и накатившего волнения. Николай с Таней подняли сестру и поспешили следом. Я же выругался, потирая ушиб на шее, и пинком отбросил ближайший стол, вышибая витрину.

Где-то у лифтов раздались выстрелы, и этаж заполнился криком людей, бегущих в противоположную сторону. Немолодая пара китайцев, обедающая недалеко от кухни, успела скрыться в служебном помещении, откуда выглядывал взволнованный официант.

Я прошёл к двери и, ухватив несчастного телохранителя за ногу, потянул его внутрь. Пуля пробила его почти навылет в районе груди. У лифтов оставались ещё двое охранников. И если они ещё не здесь, то стреляли, скорее всего, в них.

Что-то небольшое влетело в разбитую витрину, рванув так, что заложило уши. Яркая вспышка болью ударила по глазам, заставляя зажмуриться. В следующую секунду десяток пуль растерзали рубашку и звонко осыпались на пол. Кто-то прыгнул прямо на меня, намереваясь взять оглушённым. Не глядя, встретил его ладонью в подбородок. Хрустнуло, и что-то острое полоснуло наискось по груди.

* * *

Придавив плечом косяк двери, Харитон глянул на девушек, позволив себе слегка улыбнуться. Татьяна стояла рядом, пытаясь взглядом прожечь дыру в двери. Взгляд холодный, волосы взъерошены словно у фурии. Марина стоит у второй двери, закрывая собой притихших детей, и озабоченно смотрит, как Николай перетягивает рану невесте. Та лишь кривится от боли, время от времени глядя на дверь.

— Татьяна Анатольевна, Вы бы отошли немного дальше, — сказал глава охраны. — Дверь тонкая, пулю не выдержит. Отскочит от стены…

Со стороны зала громко хлопнуло. Взрыв эхом отразился от стен, заставив детей закрыть уши. Следом прошла длинная очередь из автомата. Несколько секунд, и ещё одна очередь. Судя по характерным звукам выстрелов, стреляли из укороченной модели. Последняя очередь прошла минимум из сорока патронов, и всё стихло.