Чуть-чуть.
— А-а. Григорий, это к тебе. — Повернулся он ко мне, словно я не мог услышать, стоя рядом с ним.
— Я догадался. — Слегка ехидно усмехнулся я. — Чего, узнал, в чём причина?
— Да. — Выпрямился парень, словно стоял на плацу. — Боярин Желудков вызывает Вас на дуэль по причине вашего неуважительного отношения к его даме, Алине Коротаевой.
Некоторое время соображал, кто эта самая Алина Коротаева, но потом всё же догадался.
— Передай боярину Желудкову. — Было желание спутать ударение, раз он так болезненно относится к этому, но не стал нарываться. — Что вызов на дуэль я не принимаю.
— Можно ли узнать причину, которая вызвала Ваше нежелание защищать свою честь? — Боярин Велиев даже не изменился в лице, снова напомнив про честь.
Думаю, он уже заранее знал, какой ответ получит, раз даже не заикнулся про моего секунданта, арену и так далее.
— Причина очень веская. — Тут сделал театральную паузу. — Мне лень.
После чего заскочил в машину, в которой уже сидел Кирилл.
Глава 4 Интерлюдия
На улице стоять было не по статусу, потому они сидели в её машине. Милка приехала со своим эскортом, но ждать в одиночестве ей было скучно, вот она и уговорила её и Германа подождать вместе. Брата это совершенно не напрягало, он, как обычно, тут же потерялся в своём телефоне, а вот Марго было откровенно скучно.
— Да перестань ты пялиться в окно, бесит уже. — Одернула она Милку, которая сама помешала им с братом зайти в клуб, а теперь сидит, молчит. — Мимо твой толстяк не проедет.
— Он не толстый! — Тут же повернулась к ней подруга. — У него милая полнота.
Подруга была умной. Временами даже слишком умной. Но когда дело начинало касаться парней, то все её мозги тут же отключались. По настоянию родителей они жили в общежитии в соседних комнатах, так что в личную жизнь подруги Маргарита была посвящена в полной мере.
И потому уже на третий месяц такого проживания настояла, чтобы Людмила перестала таскать парней в общагу, а занималасьэтим где-то в другом месте. Похоть чужих парней, стоны и выкрики… Нет уж, пусть это будет не с ней рядом!
Можно было закрыться, но во время сна самоблокировка слетала, и её снова будила чужаямужская похоть. Сама Милка при сексе не блокировалась, но сильных эмоций не испытывала. Ох уж эти её «исследования».
Несколько раз Маргарита просыпалась вся мокрая внизу. После осознания, отчего у неё такое состояние, ощущения были, словно в грязи искупалась. Фу!
— Не увидела в этой горе сала ничего милого. — Буркнула она, желая от скуки продолжить пререкания, но Мила равнодушно отмахнулась, и снова повернулась к окну. — Мне кажется, или ты раньше никогда так никого не караулила?