Глава 25
Я задумался, не ответил сразу, потому видел как напугана женщина: на лбу испарина, глаза круглые, зрачки расширены. Руки, которые она сжимала в замок и напрягала, чтобы скрыть дрожь, все равно подрагивали. Как и полные бледные губы. Одно неверное слово и она включит заднюю.
— Вы молодец, что решили рассказать, — ровным и даже дружелюбным тоном начал я, — скажите, при каких обстоятельствах это было.
— Прошу, — она забегала глазами растерянно, — не здесь. Пойдемте ко мне в лекарский пункт
Я кивнул.
Разместившись на кушетке сидя, я разогнал сильный и неприятный для меня запах спирта и лекарственных трав. Эликсиры, которыми меня пичкали целую неделю, когда лечили от шаровой молнии Виктора, воняли так же. И вызывали тошноту.
Виктор… Он пропал после нападения на нас. А через несколько дней, на их поместье был совершен налет. Правда, в тот момент никого не было дома, но сколько я знаю, Виктор с семьей и детьми уехал к тестю. Больше я ничего не знал, кроме того, что по факту нападения ведется дело.
Заметив, что я испытываю дискомфорт, лекарка включила вытяжку. Окон в ее закутке не было. Вытяжка загудела, всасывая воздух.
— Я ничего не знала. Не могла знать, что это как-то навредит. А деньги мне нужны, — с ходу затараторила она, начиная оправдываться, — троих детей в академию отправить тяжело, а надо. А он обещал много, очень много денег!
— Тихо, — строже сказал я, и женщина аж вздрогнула, — выдохнете и вздохните. Успокойтесь.
Лекарка так и поступила. Открыла было рот, но я ее опередил:
— Давайте я буду задавать вопросы. Так мы упорядочим ваш рассказ. Вижу, вы взволнованы.
Не ответив, она кивнула.
— Хорошо. Что такое Роза Ветров?
— Старый заброшенный отель. Лет пятьдесят назад он считался шикарным, род хозяина куда-то делся, и заведение пришло в запустение. Сейчас оно стоит пустое.
— Когда вы там были и при каких обстоятельствах?
Женщина опустила глаза, сидя на стульчике, она сплела дрожащие пальцы, положила руки на колени.
— Не бойтесь. Я не причиню вам вреда.
— Я познакомилась с господином Линовским, — решилась она, — когда он ходил на свидания к госпоже Тильде. У нее тогда были мигрени, и я готовила снадобье для нее. А однажды, господин Линовских пришел ко мне и вызвал на разговор. Спросил, не хочу ли я заработать. Причем много.
— А вы хотели.
— Конечно! — она сглотнула, — когда муж умер, я осталась одна с тремя детьми. Род у нас был небогатый, но знатный. Муж был бароном. А троим деткам нужно в академию, но денег, что платит мне дом Фоминых, хватает лишь на жизнь и содержание дома.