— Проклятье, как? — сглотнул Семен, тронул вспотевший лоб, — как он выжил?
Сосуд черной споры был заколдован. Он должен был взорваться, когда Замятин и маг крови окажутся слишком близко. А учитывая стиль боя Бояринова, это было неизбежно.
Малиновский вскочил и забегал по кабинету.
— Ладно, — бормотал он себе под нос, — только спокойно. Еще не все потеряно. Все еще можно исправить, — голос Семена дрожал, — только придется действовать иначе.
Глава 12
На этот раз в “нигде” была ночь. Теплый ветерок приятно шуршал листвой деревьев. На ночном небе тут и там проскакивали искры падающих звезд. Полная луна освещала все вокруг.
Катя ждала меня у аккуратного шалаша, который был построен под большим раскидистым дубом. И девушка снова была иной. Выглядела не так, как раньше.
Когда мы с Петриным вернулись в лагерь, было около четырех утра. Первым делом я пошел к Малиновскому. Сколькзий тип удрал с фестиваля, а мне пришлось вернуться в шатер. Спать хотелось чудовищно. Мне казалось, что я едва не теряю сознание.
Непонятно было, что сыграло тут больше: общая усталость, черная жижа, что теперь занимала весь мой черный ореол или, может, это Катя звала меня? О последнем я подумал только тогда, когда оказался в нигде. Забавно было, что я даже не помнил, как упал на свою лежанку.
— Паша, — улыбнулась девушка, — я соскучилась.
Я не ответил, только улыбнувшись направился к ней. Как обычно, в нигде я был в своем настоящем теле. И как обычно, обнаженным.
Обнаженной была и Катя. Когда я увидел, как девушка, изящная и гибкая, стояла у шалаша, то сразу заметил, что в ней что-то изменилось. Но только приблизившись, в свете луны я понял, в чем было дело: кожа Екатерины изменила свой цвет.
Если раньше Катя была странным серокожим существом, то теперь все было иначе. Ее идеальное тело стало белокожим, а на щечках, от смущения играл румянец.
— Ты другая, — улыбнулся я шире, — совсем другая. И выглядишь живой.
— Я только закончила делать для тебя новый зеленый ореол, Паша, — подняла она бровки, — как мы нашли новое слово. Представляешь? Нам осталось последнее слово!
— Новое слово? Это чудесно! — обрадовался я, а потом задумался, — но в каком заклинании оно было? Заклинание из сангвинарики? Магия крови?
Внезапно Катя изменилась в лице. Она будто бы погрустнела и отвела глаза. Поджала пухлые губы.
— На самом деле, — проговорила она, и голос звучал тревожно, — это были очень странные чары. Когда ты забираешь у кого-то заклинание, я каждый раз это чувствую. Пропускаю магию через себя и так узнаю, есть ли слово в ней, — она подняла глаза на меня, я же молчал и внимательно слушал девушку, — новое слово “и”. А заклинание звучит как “Месть И Забвение”.