Вот только они не все учли. Полубог следил, как его Кровавая лягушка, прыгая то туда, то сюда, разрушает Цитадель изнутри. Кирпичи истаивали в пыль, и пусть они и раньше не особо ее замедляли, но теперь этот фактор становился все незначительнее. Он ускорялся, враги оставались такими же. Более того, они замедлялись, потому что им-то приходилось обходить завалы, хотя бы самые крупные. И это гарантировало, что рано или поздно победа будет за ним. Полубог потратил один из прыжков, чтобы лягушка уничтожила оставленный снаружи портал. Скоро одна из внешних стен рухнет, и тогда враги могли бы попробовать перенестись сразу за пределы Цитадели. Что ж, он заранее сделал так, чтобы это не принесло им пользы.

Полубог, продолжая загонять своих жертв, дошел до кровавого озера. Место, где он появился на свет, всегда притягивало его. С одной стороны, оно словно согревало его, даже слабую половину, в которой оказался заключен его разум. А с другой, всегда напоминало о том, что он так и не получил. О части его силы и личности, которая должна была пробудиться вместе с телом. Дать ему не только голую мощь, но и знания, накопленные Хаосом за время его существования. Память. Было обидно…

Полубог присел у искусственного озера, чьи красные воды медленно накатывали на каменные плиты у него под ногами.

«Странно, — неожиданно подумало создание Хаоса, заметив буквально в паре метров от себя то, чего не должно было быть. — А что это за обрывок камыша? Мы же внутри пирамиды, где Хаос уничтожает любые проявления жизни за считанные минуты. Особенно такие примитивные».

Тощий обезьян словно зачарованный следил, как маленький росток неизвестно откуда взявшегося растения приближается к нему. Часть инстинктов кричала, что от неизвестности нужно бежать, но в то же время холодное любопытство, владевшее большей частью его разума, хотело остаться. Задержаться еще немного и узнать, что же тут происходит. Может, это было свойство любого только что появившегося на свет существа — стремиться познать мир вокруг…

Созданию Хаоса не понравилась мысль, что оно такое же, как все, но сделать больше оно ничего не успело. В этот самый миг из воды выскочил человек, который держал во рту ту самую трубочку, что его так заинтересовала. Оказалось, через нее он дышал все это время, а кровь с печатью равного не давала его заметить…

— Сюрприз! — заорал человек, освобождая рот, а потом с размаху врезал правой точно в челюсть тощему обезьяну.

И полубог Хаоса, вынужденный разделять свои силы, не смог ничего с этим сделать. Он потерял сознание, а огромная Лягушка, которая в этот момент пыталась загнать в угол его жертв, исчезла, растворившись то ли в воздухе, то ли в глубинах его сознания.