Выглядящий молодым обезьян в ответ поднялся из-за своего стола, и сразу стало видно, что он настоящий гигант. Когда Чи-ра сидел, это было незаметно, но стоило ему встать, и он вознесся над Фар’Руком на пару голов. А уж если сравнить их мышцы, то руки лидера были толще раза в три. Казалось бы, это не имело особого смысла в мире, где победителя определяли руны и стихии, вот только на щеке главы гильдии Охотников можно было рассмотреть рисунок первого Белого дерева. Знак того, что он не проиграл еще ни одного своего боя. Так что, как бы странно ни смотрелся облик Чи-ра, Фар’Рук ни на мгновение не сомневался, что в каждой прокачанной и разработанной тем мышце есть смысл.

— Не стоит стесняться, — Чи-ра подошел к Фар’Руку и сжал его плечи, то ли действительно стараясь показать уважение к обычному охотнику, то ли стараясь погрести того под своей массой. — Ты — герой. В одиночку уничтожить Цитадель Хаоса — давно никому из наших не удавалось добиться подобного успеха. И пусть проклятые стихии — это не наша первоочередная цель, твой подвиг все равно впечатляет.

— Согласен, молодой Фар-амини из рода Амиши, — четвертый обезьян, последний, кто до этого молча наблюдал за происходящим, включился в разговор.

— Спасибо, лидер Ги-ра, — Фар’Рук изобразил поклон, хотя в его обстоятельствах это было и не просто. — Правда, я давно уже отказался от рода Амиши. Мой дом — Гильдия, мои наставники — это охотники. Зачем мне имя, которое потеряло свое значение?

Фар’Рук старался казаться спокойным, но внутри его всего трясло. Он знал, что смотрящий на него обезьян очень опасен. Недаром именно этот черный гигант был лидером гильдии до того, как вырастил себе на замену внука. Причем опасен он был не столько силой своих рук или рун, сколько природным умением залезть другим в мозги. Залезть, найти слабые места, а потом ударить. Просто так, потому что он мог это сделать.

Старший охотник в глубине души надеялся, что сегодня он не столкнется с Ги-ра, но нет. Судьба не собиралась идти ему навстречу. С другой стороны, разве то, что и он находится тут, не давало Фар’Руку больше шансов сделать то, ради чего он сюда и пришел? И да, отчет и слава за захват Цитадели были далеко не в списке приоритетов старшего охотника.

Следующие десять минут он быстро, но не упуская ни единой детали, рассказывал о том, как прошла операция. Лидеры гильдии могли бы узнать все из отчета и приложенных им видений, но статус великого подвига позволял Фар’Руку выступить лично, и тот не стал отказываться. Он рассказал о своих учениках-людях, о помощнике-драконе, о корре, чья природная ярость на этот раз сыграла им на руку. И вот пришло время вопросов. Тех, что зададут ему, и тех, что сможет задать уже он сам.