Выглядел Шувалов и правда неважно — зевнул сейчас так, что даже мне спать захотелось. Потом, едва ворочая языком, попытался уточнить детали присяги. Более того — решил поинтересоваться у меня первыми приказами.
Собственно, я таковой и отдал. Отправиться домой, отдыхать. После чего вызвал ему такси — вести машину полицейский бы сейчас точно не смог.
— Надо бы обсудить стратегию.
Голос ведьмака, который только что вернулся домой, перед этим усадив полицейского в приехавшую машину, был озабоченным. В отличие от звонкого голоса Алисы, который прозвучал следом.
— Лучше поговорим о том, когда присягу примут у нас самих? Какой-то маленький полицейский, который обычный человечек, её получил, а самая лучшая в мире лисичка, что, недостойна?
Глава VIII
Постановка вопроса была настолько неожиданной, что я так и застыл в метре от кухонного проёма. Впрочем, её слова привели в изумление не только меня. Марта, которая с задумчивым видом рассматривала упаковки из-под вчерашнего пиршества, посмотрела на кицунэ с видимым непониманием. Да и Степан, который только что вышел из ванной первого этажа, с которой пытался разобраться, тоже удивлённо хлопал глазами.
Зато Тома, судя по голосу, затею кицунэ очень даже поддерживала.
— Вот-вот. Давно пора. В дом позвал, напоил, накормил, а к присяге привести забыл. Бракованный какой-то духоглядец.
Подозрительно весёлый у неё голос. Может лисица пивом своим поделилась?
— А мне вот и так хорошо, например. Зачем так сразу себя обязывать?
Это уже была Марта. Развернувшаяся и смотрящая на меня так, как будто это именно я пытался двинуть идею в массы. Хотя сам я был тут ни при чём. Если бы не приглашение Пажа, они бы все вообще до сих пор в своих кабаре выступали, а не вот это вот всё.
Как практически тут же выяснилось, тема оказалась горячей — за следующую пару минут, в том или ином формате, высказались практически все. Неожиданно для меня разделившись на микро-фракции.
Причём, если Алиса и Тома однозначно выступили «за», то вот Марта с Климом были против. Последний прямо своего мнения не озвучил, но по намёкам и поведению было понятно. Оправдывал своё отношение к блукачам — духам, которые водили путников по лесу. Не настолько жестоко, как аяттара, которая этих самых бедолаг ещё и соблазняла, после чего иногда затрахивала до смерти. Тем не менее, коварство буквально было у него в крови.
Степан, который был из асилков, которых остальные называли «великанами», скорее был «за». Тина колебалась. В общем разброд и шатание. При этом все так поглядывали в мою сторону, как будто ожидали финального решения.