её руке. Ария быстро заморгала, пытаясь всмотреться в темноту. – Рори? Красные глаза вспышкой появились перед лицом. Вместо детских маленьких ладошек брата она увидела тёмно-синие огромные ласты, которые накрывали её с обеих сторон. Красные тени струились из глаз чудовища, проникая в ноздри. А затем, когда ласты прижали плечи, с необыкновенной силой вдавливая в чудовище, она почувствовала липкую обжигающую слизь, проникающую во все её тело, и острые зубы впились прямо в шею… *** …Вскакиваю. – Дура, – выдыхая, произношу едва слышно. Затем падаю обратно на подушку, рукой закрывая глаза. – Чёртовы пролесы. Мне нужно какое-то время, чтобы отдышаться и прийти в себя. – Это всего лишь сон. «Отчасти… сон», – навязчиво вертится в голове. Чувство вины и досады растекается по телу неприятным покалыванием. Зачем я рассказала ему о Духах Океана? Зачем я показала ему эту картинку первородного пролеса? Тяжело вздохнув, поднимаюсь с кровати и подхожу к окну. С наслаждением растягиваю сонные мышцы. Столько лет прошло с тех пор, как мы с Рори боялись разбудить родителей своим хихиканьем. Я хорошо помню эту ночь. Тринадцать лет назад? С тех пор многое изменилось. Солнце только-только поднимается на горизонте. Из окна виден наш сарай. О нём уже почти никто не заботится, он зарос сорняками и одуванчиками, а красная краска потускнела и потрескалась. Смотрю на величественные верхушки деревьев вдалеке и думаю о том, почему мне внезапно приснился такой сон. Должно быть, я просто нервничаю перед испытанием. Я даже никогда не видела первородного пролеса вживую. Обхватываю себя руками, когда меня бросает в воспоминания о красных тенях, проникающих в ноздри, и острых зубах на моей шее. Я слегка щурюсь от ярких оранжевых лучей и усмехаюсь. По крайней мере, я напугала Рори достаточно, чтобы он не увлекся всей этой ерундой ещё на лет семь. Жаль, в десять лет он всё-таки переборол свой страх и взял первую книгу про Духов Океана. – Всё, хватит, – говорю вслух и подхожу к зеркалу. Чёрные волосы сильно растрепались – видимо, крутилась во сне. Я хватаю со столика расчёску и провожу по лохматым прядям. Останавливаюсь взглядом на глазах. Во сне я видела их со стороны, и они казались такими пугающе разными. Я делаю тугой хвост, пряча каждый непослушный волосок. Задумавшись, приближаюсь к зеркалу и поворачиваюсь левым боком. Этот глаз ярко-зелёный, и он мне нравится гораздо больше правого. Никому не хочу признаваться, но им я вижу лучше, поэтому всегда использую его для прицела в стрельбе из лука.