Взвыла от боли и чуть опять не потеряла сознание, но каким-то чудом все же смогла остаться в этой реальности.

Спустя пару часов поняла, что лучше бы все же потеряла сознание.

Во-первых, замерзла, да так, что зуб на зуб не попадал; во-вторых, шевелиться не получалось, даже ползти. Кажется, у меня были сломаны обе ноги, еще ребра и одна рука.

И оставалось мне лежать где-то в траве да смотреть в звездное небо.

Одно радовало: местная фауна меня не беспокоила. Но думаю, что это пока.

Неизвестно, что будет, если я пролежу тут еще пару часов. Может, кто и решит всё же полакомиться маленькой мной, поняв, что я совершенно беспомощна.

Я попыталась обратиться, но ничего не получилось, как будто сил не хватало это сделать.

И непонятно, к лучшему это или к худшему. Кто знает, может, моя боевая форма меня защищает, а может, наоборот, тратит магические силы. Я же, блин, отказалась изучать себя! Вот и результат. Лежу тут в траве и смотрю в небо, вместо того чтобы нежиться в постели с моим любимым демоном.

А он мне даже помочь не сможет, я ведь теперь и позвать его не в силах.

Провалявшись еще с час, я вообще практически перестала чувствовать своё тело. Окончательно замерзла, кажется.

Но оно и к лучшему, зато боль меня больше не мучила, и даже спать захотелось.

И когда я, уже закрыв глаза, зевнула и собралась спокойно уснуть, в моей голове появился голос, который я очень давно не слышала: «Если уснешь, то уже никогда не проснешься».

«Какая разница, я всё равно скоро умру, у меня рак», — флегматично ответила я.

«Даже один день жизни может принести много радости», — продолжило уговаривать меня моё же альтер эго.

«Я не уверена, что день такой жизни мне нравится», — хмыкнула я.

«Какой такой?» — спросила меня моя вторая личность.

«Ну а ты типа не видишь, что ли?»

«Нет, не вижу, я же внутри тебя».

С шумом выдохнув, я начала ей рассказывать:

«Я лежу в траве, на земле, ноги и руки сломаны, я настолько замерзла, что их не чувствую».

«Это плохо», — констатировала и так известный мне факт моя вторая личность.

«Я и без тебя знаю», — невесело улыбнулась я.

«Позови своих мужчин на помощь».

«Если бы могла, давно бы это сделала, но я поклялась, что теперь не посмею их дергать».

«Это тоже плохо», — теперь уже и моё Альтер эго вздохнуло и замолчало.

Я уж думала, она насовсем исчезла, и опять начала засыпать, но она вдруг вновь появилась в моей голове:

«А что, если тебе попробовать взлететь?»

«Я же сказала, что у меня всё сломано», — недовольно пробурчала я, злясь на то, что некоторые не дают мне спать.

«Ты сказала, что у тебя сломаны ноги и руки, но про крылья ты ничего не говорила».