Она говорила мне, что пыталась обратиться к шаманке, чтобы та попробовала изменить прошлое и сделала так, чтобы народ липси пострадал по минимуму, но та наотрез отказалась идти в прошлое, ибо боялась, что опять что-то сделает не так и все погибнут…

Кочевники вели себя примерно. На земли демонов не совались, а демоны обходили земли кочевников стороной.

Последний раз, когда я бывала у Ози, она даже рассказывала, что кочевники предлагают начать торговые отношения, но пока что всё на стадии переговоров.

Я смотрела на ребятню, на мать и думала о том, как скучаю по своим мужчинам.

Да-да… всего один день прошел, а мне хочется увидеть их обоих.

Иногда они бывают просто невыносимы, но даже по этой невыносимости я тосковала сейчас.

Спустя еще несколько минут мы отправились обедать.

Детей отдали на попечение слуг, они ели отдельно, а сами пошли в малую столовую, где мы обедали только семьей.

И когда вошли, то я не поверила своим глазам.

Мои мужчины сидели по разные стороны от Свирела, и все трое что-то возбужденно между собой обсуждали.

Я улыбнулась, радуясь, что Дарен и Уорис здесь, а они все трое одновременно посмотрели на нас обеих, и на их губах появились теплые улыбки.

Они тут, со мной… я счастлива.

Еще 1 год спустя

— У нас будет ребенок, — сказала я, стараясь не думать о том, что хочу всех поубивать.

— Дорогая, только не нервничай. — Мои мужчины встали и попятились из комнаты, уже предчувствуя, что у меня проблемы с настроением.

Причем очень серьезные проблемы с настроением. Я уже смяла металлическую вилку в руках и только сейчас это заметила.

Ини сначала удивилась, а затем смекнула, что происходит что-то из ряда вон выходящее, и тоже решила последовать примеру своих отцов.

Когда я осталась одна, то усмехнулась и поняла, что мне надо срочно к Ози. Липси умела подбирать правильные слова в такие моменты.

Через девять месяцев я родила сына — Каиля. И он был стопроцентным драконом.

Надо было видеть горделивое лицо Дарена. Особенно когда он давал ему имя по какому-то особому ритуалу, принятому среди драконов.

Каиль означало «мерцающий».

Почему именно такое имя? Всё из-за того, что в момент обращения, что случился с ним сразу же после рождения, у нашего малыша мерцала чешуя, будто кто-то баловался с осветительными приборами.

Но Дарен пояснил, что это особенный дар. Когда Каиль подрастет, то сможет, как хамелеон, маскироваться под любой интерьер.

А вот трепетности в отношении сына у Дарена было очень мало.

— Он дракон, и ты его слишком балуешь, — то и дело слышала я, как дракон отчитывал демона, который, наоборот, решил стать для малыша «добрым» папой.