Не каждый день узнаешь о себе такую вот правду, да и в монстра тоже не каждый день превращаешься. Так что… тут уж мой хвост можно понять.

Лицо моё… ну что тут скажешь? Это вообще что-то с чем-то. На человеческое почти не походило. Глаза неестественно огромные, даже больше, чем у Ози. Еще и цвет такой странный. Хамелеон, что ли? Я так и не врубилась, какой оттенок у них. Нос приплюснутый и широкий, с черной пимпочкой на конце, как у животных. Ну хоть губы обычные остались, и то хлеб.

Острые скулы. Подбородок мой остался.

Рога… выпирающие, почти как у быка, вверх. И куча маленьких рожек. Смотрится очень странно.

Но самое жуткое — это мои лапы. Нет, они удобные, конечно, да и хвост, оказывается, не мешает при ходьбе, а сам по себе живет. Но всё равно выглядит это всё… Бр-р-р…

И крылья прозрачные за спиной, как у стрекозы.

Я вздохнула, еще раз посмотрела на своё преображение, перевела взгляд на улыбающуюся и застывшую рядом липси и завистливо выдохнула. Вот уж у кого трансформация идеальная.

— Ну вот, убедилась, насколько ты красивая! — произнесла она на полном серьезе.

— Угу, — хмыкнула я. — Ладно, пойдем, я хочу вернуться обратно в свою ипостась. Пока меня мои мужчины не увидели и не испугались.

— Что за глупости, доча? О чем ты говоришь! Да они должны быть счастливы, что ты вообще их выбрала! — возмущенно всплеснула руками Ози.

Я же, не став никак реагировать, просто подошла к двери и открыла её, рассчитывая на то, что это и есть выход из дома.

Так и оказалось.

Я вышла на улицу, а Ози выбежала следом, продолжая возмущаться:

— Я вообще не понимаю, зачем эти двое тебе нужны. Где ты их нашла? Мне кажется, они для тебя очень плохая компания. Особенно этот демон…

— Ози! — прервала я девушку, которая уже совсем не туда завернула.

— Мама, — тут же поправила она меня, заглядывая мне в глаза.

— Ози, — подчеркнула я имя липси и заодно одарила её своим фирменным тяжелым взглядом, на что она сразу же потупилась и сделала пару шагов назад. — Давай договоримся сразу. Первое — я не ребенок, а взрослая женщина, и лезть в мою жизнь не надо. Второе — я тебя почти не знаю. Для меня мама — это женщина, которой ты отдала меня на воспитание.

— Я была вынуждена! — чуть ли не выкрикнула липси.

— Тут еще вопрос, знаешь ли, — невесело улыбнулась я.

— Он уничтожил большую часть моего народа! Твоего народа! Я не могла поступить иначе! Тебе просто этого не понять! — топнула ногой Ози и уставилась на меня упрямым взглядом, еще и с легкой безуминкой.

Я прикрыла глаза и с шумом выдохнула.

— Мне действительно не понять, — ответила я, открыв глаза и увидев ту же картину: Ози стояла, уперев руки в бока, с высоко поднятым подбородком и упрямым выражением лица. — Поэтому спасибо тебе большое за помощь, но дальше я сама.