— Но ей нужен как минимум постельный режим! — не поверил в подобное пренебрежение своим здоровьем со стороны младшей коллеги Артур. Да, та порой страдала излишним рвением в ущерб здоровью, но не до такой же степени!

— Я-то в курсе. Мари бы это ещё кто объяснил!

— Она знает.

— И всё равно сорвалась из города, да еще и путая следы!

— Тогда почему вы здесь? — задал вполне резонный, как ему казалось, вопрос врач. — Почему не пытаетесь её найти?

— Надеюсь найти зацепки, вот почему! — не сдержался маг. — Эта идиотка воспользовалась Правом, и, куда её черт унёс после этого, я понятия не имею!!! И даже если она валяется где-нибудь без чувств, ничего не могу для неё сделать!

— Она не могла пойти на такой риск без причины. То, что тут написано, — он указал на мобильный, — указывает на серьёзный риск выгорания как минимум. А скорее уже активно идущий процесс. И не понимать она это не могла. У неё всё-таки полноценное медицинское образование за плечами!

— Я же говорю, эта идиотка воспользовалась Правом. — Врач кажется не понимал. Пришлось разъяснить: — Правом Изменения. Имени, документов, прошлого. Всего в общем. Даже внешности в некоторых случаях. Не слышали? — Это, пожалуй, только подтверждало особый статус Права, так что Герберт был не особо удивлён. — Это одна из прерогатив магов, закрепленных Тирольским Соглашением. Список ситуаций, в которых Правом можно воспользоваться, строго очерчен. Большая часть этих ситуаций крайне редка, поэтому Право ассоциируется с выгоранием. — Артур, похоже, начинал понимать, к чему этот мини-экскурс в магическое законодательство. — Выгоревший маг без перспективы на восстановление способностей, желая оставить в прошлом прежнюю жизнь, врагов, недоброжелателей и родственников, может подать запрос на его использование. И Совет в течение весьма краткого времени — как правило это решается за несколько часов — должен этот запрос рассмотреть. Отказать может, но тоже только в очень ограниченном перечне случаев. Мари ни под один из них не попадает. А после того как Право применено, найти того, кто им воспользовался, для большинства практически невозможно. Кому-то вроде меня можно только в случае если использовавший Право подозревается в тяжком или особо тяжком преступлении. И связи тут бесполезны: выгореть может любой из нас, поэтому Право священно. Так что новое имя никто и никогда не раскроет. — Резюмируя, Герберт сообщил: — Она уже выгорела, когда её нашли Жозефина с тем мальчишкой.

— Значит, теперь её не найти?

— По имени или связанным с ним документам, карточкам, симкартам и тому подобному нет. А о том, чтобы не быть найденной иначе, она позаботилась.