На лице Воронова застыла гримаса ужаса. Я готов поспорить, что бывший барон уже представлял, как его зверски пытают, а он молит о пощаде. И, судя по выражению лица, в своих фантазиях толстяк быстро сдавал все секреты, даже которых не знал.

— Павел Александрович, если… — начал Коля, оторвавшись от письма. В его голосе прозвучали стальные нотки.

— Не переживай, — кивнул я. — Тебя в плен не возьмут. Обещаю!

Смысл был ясен мне и пацану. Лучше погибнуть в бою, чем попасть в руки к туркам. Костёв понял это и выпрямился.

— Спасибо… — обрадовался он, сунув письмо во внутренний карман.

Воронов испуганно посмотрел на прапорщика, а потом на меня. В его глазах читались животный страх и непонимание.

— Вам… Вам что, вообще плевать? — затряслись губы Фёдора.

Я не ответил, лишь отвернулся к окну. Мне не плевать, я хорошо понимаю, какие ужасы творятся на войне. Но, если начать бояться каждого выстрела, каждой пули, каждого клинка… Сойдёшь с ума раньше, чем увидишь врага.

— И как наше руководство пытается решить эту проблему? — снова обратился к водителю, меняя тему.

— По-разному, — хмыкнул он. — Больше людей посылает, усиливает магами. Плюс минирование полей со стороны турков, но эта игра в обои ворота. Они — у нас, а мы — у них. В снаряжении появились гранаты, зелья иногда выдают. Вроде бы и всё.

Я кивнул и задумался: «Странная война. Очень… Словно она нужна просто для того, чтобы была».

Ведь стоит сюда стянуть ещё восточную или любую другую армию — и всё, будем гнать противника. Но этого нет. Зачем она императору? Чтобы просто сплавить братишку? В прошлой жизни моя страна воевала… всегда! Но, в отличие от ситуации сейчас, мы постоянно захватывали земли, людей, богатства.

Причём народ даже не роптал. А тут? Если бы я был на месте императора и вёл эту войну, она была бы нужна для чего? Отвлечения внимания? От чего и кого? Либо чтобы что-то получить… А это интересная идея.

Мы переглянулись с Колей. Он тоже что-то понял, хотя вряд ли додумался до того же самого. Но парнишка чувствует, когда я на грани открытия.

Тем временем мы уже подъезжали к полевой части. Вот где сейчас находится центр всех событий. И если здесь прощупать почву, то, скорее всего, найду ответы на свои вопросы.

Войска Русской империи раскинулись перед нами во всей своей мощи: солдаты, орудия, телеги и грузовики с боеприпасами. Кипела жизнь, нарушаемая только периодическими раскатами артиллерийской канонады. И всё же чувствовалось какое-то напряжение. Будто все ожидали чего-то большего, но не получали.

— Господин, — наклонился ко мне Воронов, всё ещё бледный от страха. — У нас нет документов, что мы будем делать? Вдруг примут за шпионов и к стенке. И прощайте, офицерские подвиги.