Уйти сейчас с боем… Равносильно расписаться в том, что у меня есть некие мотивы и я не доверяю майору. Нужно придумать что-то другое, какой-то элегантный выход из ситуации, который не вызовет подозрений.

Встал с кровати, снова начал ходить по комнате. Думай, думай… Как же всё обставить так, чтобы…

Уставился на Костёва. Коля опустил глаза и что-то бубнил себе под нос. Какую-то молитву или заговор, словно это могло помочь. Бесполезно, конечно, но, если пацану так легче — пусть продолжает. Главное, чтобы набирался сил и был готов действовать, когда придёт время.

— Что? — спросил резко, заметив, что он прервал своё бормотание и смотрит на меня.

— Я думал… — начал было Коля.

— Нет! — тут же оборвал его жалкие попытки что-то сказать. — Молчи, вообще не издавай ни звука.

Закрыл глаза и погрузился в пространственное кольцо. У меня же там есть представитель ублюдка, укравшего мою боевую машину убийств. Некромант — брат того, кто сейчас охотится за мной. Посмотрим, что он знает.

Пространственное кольцо встретило привычной пустотой. Бесконечное ничто с моими вещами и существами. Некромант был там, где я его оставил, — в специально созданном плену.

Тварь всё так же была скована и замурована. Только голова торчала наружу — человеческая, но с пустыми глазницами, в которых тлел огонёк. Кожа, натянутая на череп, больше напоминала пергамент, чем живую плоть. Губы потрескавшиеся, восковые, растянутые в вечном оскале.

— Ну привет, — мой голос разнёсся по пространству.

— Убей… — прохрипел он, скаля гнилые зубы. — Убей меня уже…

— Не. Ты чего? Мы же тут вместе с тобой так хорошо проводим время. Как я могу? — улыбнулся, создавая из ничего кресло и усаживаясь напротив. — У нас столько общих тем для разговора.

Десять минут я медитировал, наслаждаясь представлением. Крики, хрипы, мольбы некроманта так расслабляли, пока срезал с него мясо тонкими полосками. Он пытался спросить, чего я хочу.

Пытки некроманта — занятие не для слабонервных. Их тела регенерируют, восстанавливаясь даже после самых страшных увечий. Это значит, что можно продолжать снова и снова, нанося всё новые и новые раны. И каждый раз боль для него такая же свежая и острая, как в первый.

Когда я довёл тварь до нужной кондиции, то остановился. Он обмяк. Это в обычном мире некромант силён, а тут лишь заложник, который даже к своему хозяину уйти не может. Полная безнаказанность — прекрасное чувство.

— Что? Что? Ч-что? — выдыхал он, хватая ртом воздух. — Хо-чешь?

— Я тут твоего братишку повстречал, — ответил, облокотившись на невидимую стену. — Но он почему-то решил играть со мной в прятки. Вот хочу его найти.