— У вас же договор! — на глазах потрясенной гомункула выступили слезы, — Они стараются за свою свободу!

— Всё так и есть, — ехидно хмыкнул я, — Они будут свободны. А теперь сядь и подумай, что они будут делать с этой свободой. Что онисмогут с ней сделать.

Дурой моя суккуба никогда не была, поэтому, несмотря на сопли и слезы, села думать, благо что я, задав вопрос, отвернулся назад к будущей солонке. И, разумеется, через пару минут мне в спину донеслось, что некий Джо — подлый, нехороший, циничный, отвратительный и уродливый тип, который выкидывает честно работавших на него женщин на мороз. И никак иначе.

Всё так и есть. Новорожденный по силам демон, заключенный в искусственную оболочку, становится на «свободе» просто человеком. Почти. Он не может заболеть, не может забеременеть, не может собирать энергию и усиливать себя, вынужден иногда ошиваться у башни какого-нибудь волшебника, чтобы «подзарядиться». То есть, становится обычным человеком с парой нюансов. Свободным, разумеется, но это с точки зрения человека. С точки зрения суккубы…

— Это заключение и смерть, отсроченные, — очень мрачно выдавила из себя Лилит, — Ты — чудовище.

— Нет, это вы — идиотки, — развеселился я, продолжая ковырять каменную фиговину, — Обладая полноценным разумом, вы, как самые простейшие организмы, желаете только жрать и набирать силу. Называете это «свободой». Затем, в какой-то определенный момент, даже самые крутые и могучие из твоего вида, выжившие среди десятков тысяч пропавших и уничтоженных, попадают в поле зрения действительно крутого демона, который жрёт суккубу как печеньку, потому что она, соблазнительница и вампиресса, никогда не имела возможности отточить свои навыки войны и боя. Вы, дурочка, изначально рабыни своей природы, а ты мне сейчас доказываешь, что еще, к тому же, и безнадежные.

— Это неправда!

— Это факт. Ничто не помешает «свободной» суккубе найти себе молодого башенного мага, поселиться с ним, быть ему женой и подругой, стимулируя его развитие, чтобы он однажды стал достаточно искусен, чтобы снять с неё мои ограничения. Только вместо этого, твои подруги, освободившись, будут веселиться и трахаться, ублажая собственную природу, пока не окажутся заперты в каком-нибудь борделе… пока не сотрутся. Вот и всё.

Правда как обухом ударила юную и многообещающую (но мало что делающую) суккубу прямо между глаз, прямо в её суккубий мозг. Она, конечно, пыталась сопротивляться, бормоча «ты всё врешь!», но привычная к пенетрациям конституция психики и сознания не оставила ей выбора — какой бы горькой и неудобной не была правда, она всё-таки вошла до конца и со щелчком.