— Простите, что так врываюсь, но тут, знаете ли, слегка накопилось, — уставшим голосом произнесла вошедшая.

Потом громко ахнула, уронила всю кладь, медленно отступила к двери и указала на меня красным, ногтем, с трудом выдохнув:

— Ты! Это был ты… Боже мой!

— Госпожа, проректор? — вытаращился на нее Палыч. — Вы его опознали? Он что-то вам сделал?

— Да! Не могу поверить! — теряясь сказала она.

— Говорите! Прошу вас. Нападение, грабеж, вымогательство? — взволнованно спросил ректор у своей заместительницы, хватая трубку телефона, чтоб скорей вызвать охрану.

— Нет. Он меня… — бледнея и с трудом открывая рот мямлит дамочка.

— Неужели прям, это самое! То есть, он вас кхе-кхе? Вот же малолетний маньяк!

— Нет! — выпалила проректор, густо краснея. — Спас он меня, в общем-то, Вениамин Павлович. Я просто в шоке. Не ожидала, что встречу. Как в фильме том получилось. Даже сама не верю.

Что она несет? Я первый раз ее вижу. Хотя, дайте подумать. Если смыть с нее макияж, оставить без штанов и без блузки, плюс немного растрепать волосы, то вполне все сойдется.

Это та странная дамочка, которая была в парке. На нее напала тварь из другого мира, решив закусить платьем женщины.

Полна кротовых нор мать Вселенная: никогда не знаешь, где кого можешь встретить.

— Ох, да и правда! — улыбаясь произнес я. — А я уж даже забыл. Случайно вообще получилось. Я просто в парке гулял.

— Боже ты мой, храбрый парень! Уж простите меня, Вениамин Павлович! Меня же тогда чуть не слопали заживо. Спасибо тебе еще раз. Дай я тебя поцелую! Умм-ном!

Женщина бросилась на меня с прытью того же чудовища. Ее большие влажные губы мощно впились мне в щеку, будто желая сорвать с лица кожу.

Что? Нет, только не это! Неужели даже знак благодарности воспринимается этим телом как… Ааа, да гореть мне в пламени трех Разломов!

С трудом отлепив от себя проректоршу, я помог собрать папки с бумагами. Потом обратил внимание на бледную тень за столом, которая еще недавно была хитрозадым решалой.

У ректора не было выбора. Если мои аргументы были просто логичными, то признание его заместительницы стало убийственным фактом.

Выгонять взашей мага, дворянина, героя в угоду каким-то скотам? Это надо быть полным олухом, имеющим стойкое желание лишиться работы.

Так что Палыч переобулся в воздухе и стал петь что-то про особую систему проверки, которую я успешно прошел. Так что мне можно смело идти на занятия. Причем, даже без всяких экзаменов.

А рассказывать о нашем недоразумении лучше не стоит. Ведь история слишком скучная, и может лишь утомить собеседника.