Дубову стало ясно, что именно замышляет никчемный подонок. Он хочет спровоцировать парня, чтобы тот применил магию, нарушив курс реабилитации и навредив своему здоровью.

Казалось бы, лучше не поддаваться. Но дубов уже не владел своим разумом, полностью став на сторону справедливой ярости.

— Ты послал упырей, чтоб меня убить! Из-за тебя я валялся в чертовой клинике! Теперь ты ответишь за все. Я тебя закопаю, — взревел Ден, вызывая боевую магию.

— Очередная порция бреда и клеветы. Что ж, ты сам напросился, деревяшка. Видит бог, я не хотел тебя бить, — сказал Каменский, и его кулаки покрылись каменным панцирем.

— Арр, подавись! Тварь проклятая! — воскликнул Денис, бросая в противника сразу несколько деревянных шипов.

— О, а говорил, что не можешь сражаться! — хихикнул Каменский, отбивая шипы каменными руками.

После чего, Дену пришлось уворачиваться от летящих камней. А Антон, в свою очередь, получил по лицу упругим мощным хлыстом, сделанным из побегов дуба.

— Ушлепок! Ты меня чуть не убил! Твои шестерки установили ту бомбу. Я убью тебя, тварь, — ревел Дубов, продолжая атаковать.

Антон потерялся, закрываясь руками. Его еще раз огрел мощный хлыст, а деревянный шип пробил ногу, заставив Каменского взвыть.

— Думал, что я слишком слаб после травмы? Хотел меня подловить? Ну все, ррр ты покойник! — воскликнул Дубов, понимая, что сейчас размажет жалкого слизняка.

Только этого сейчас не случилось. Парень почувствовал боль в груди, слабость и головокружение. Отчего он потерял концентрацию, не в силах продолжать битву.

А Каменский, напротив, бросился с новой силой, пустив волну мелкого щебня. Та снесла противника, оставив множество синяков и заставив свалиться на землю.

Антон потрогал лицо, по которому теперь проходила болезненная красная линия. Парень ухмыльнулся, не веря своей удаче, подскочил к поверженному противнику и пнул его ногой пару раз.

— Слишком много на себя берешь, ущербный! Не успел применить силу, как тут же обделался. Всегда говорил, что ты лох. Так еще клеветник и обманщик, — змеей шипел Каменский, избивая лежачего.

Несмотря на большую силу, Дубов ничего не мог сделать. Он все еще не был в форме, и это не пустые слова.

— Ну как тебе? Хорошо? Будешь знать, как выеживаться. Теперь проси прощения, придурок. И будем считать, что в расчете, — победоносно сказал Каменский, испытывая несказанное удовольствие от победы.

— Ах, черт! Да пошел ты кхе-кхе, — выдохнул, сплюнув кровь Денис Дубов.

Он пожалел, что не позвал охрану, боясь выглядеть слабаком. Ему казалось, магия полностью восстановлена, и можно легко уложить наглого выскочку. Но он сильно ошибся.