— И зачем тебе три рабочих рюкзака? — вздохнув, спросил Иваныч.

Затем, что я сегодня долбил руду и породу, как бог, и хочу лишь сдать все добытое, получить деньги и с радостью слить их на кольцо.

— Забрать руду из убежища, конечно. И скопом сдать тебе. Ты же не думаешь, что я ограничусь одним мешком?

— Это чужие вещи.

Правильные слова, если не обращать внимания на тон, и позабыть, сколько Иваныч ворчал, прежде чем одолжить мне часы.

— Если смотреть с моего ракурса, это не чужие вещи, а возможность сдать на три рюкзака больше.

— Если с ними что-то случится, мне мозг вынесут: мол, как допустил? И что я им скажу, что Сереге надо было?

Вздохнул я, уже жалея, что не купил кусок брезента или плотную полиэтиленовую пленку. Надо будет на будущее зайти домой, у Сереги в кладовке лежал приличный кусок брезента. Заодно и Бакса подкормлю.

— Иваныч, работы на пять минут: забрать рюкзаки, нагрузить их и доставить сюда. Если с ними что-то случится, скажешь, что ты отвернулся, а я их забрал. И у меня с сегодняшней получки компенсацию бедолаге удержишь. Идет?

— Ладно, бери.

Вот сразу бы так. Нет, Иванычу хочется услышать, как его упрашивают.

Но забрать рюкзаки я не успел. В дверь без стука поочерёдно зашли бойцы, которые ежедневно зачищали наш ресурсный осколок. Они проходили мимо меня — укутанные в системную броню люди. Каждый держался так, будто ожидает нападения в любой момент и с любой стороны. Что примечательно, зашли четверо: поздоровались с Иванычем, кивнули мне и как-то привычно и буднично рассредоточились по всей площади помещения, болтая с бригадиром. Пятый остался на улице — курил и осматривал территорию, заткнув большой палец правой руки за ремень рядом с ножнами меча. Ещё один из четвёрки, быстро пожав Иванычу руку, ушёл курить уже через дверь, идущую к осколку. Итого трое контролируют помещение, два — территорию снаружи.

Атакуй их сейчас кто — заметят и отразят атаку. Настоящие специалисты, без шуток. Замечал ли кто-то из сборщиков, как именно они смотрят, как действуют? Эта пятёрка — образец слаженности, они даже поворачиваются спинами только к своим. И всё это непринуждённо, естественно, без малейшего напряжения. Ребята не прилагали никаких сил, чтобы контролировать территорию — они делали это на автомате. Квадратный бритый бугай, командир пятёрки, шутил о чём-то с Иванычем, остальные добавляли шуток, рассказали пару слухов, в том числе о F— ранговых пробужденных, которых вчера скопом дернули на миссию, и рассматривали территорию за окнами, умудряясь одновременно с этим контролировать нас обоих. Как только Иваныч подписал какие-то бумаги, бойцы свернули разговоры и исчезли.