— Как-то в первый раз по развалинам города гуляем, знаешь ли! — довольно агрессивно ответил Владимир, как и я, недовольный ситуацией.

Только что планировали одно, переключились — и снова все поменялось. Ну что за день такой! Точнее, уже вечер.

— Приставить бы к вам капитана…

Что дальше говорил Кирилл, я уже не расслышал. Да и не очень интересно было, потому что крики с улицы целиком завладели моим вниманием. И впервые я глянул на происходящее не просто со стороны, а еще и сверху, оценив стратегически ситуацию на поле боя.

Подземный паркинг даже с первого взгляда выглядел хорошим укрытием. Не идеальным, но вполне себе — бетонный забор с воротами и единственным проломом несложно оборонять.

Перед воротами — скопление внедорожников, которые блокировали въезд. Они оставляли достаточно места, чтобы без труда пройти вдвоем, но даже на малолитражке между ними не протиснуться. К местным милитаристам вопросов не было.

Шпана оставила пяток машин в стороне, в нескольких метрах дальше по улице. Но бросила бессистемно, точно половина транспорта у них была на летней резине. Один из автомобилей, «четырнадцатая» на вид, вообще стоял поперек проезжей части.

Встав рядом с оконным проемом, я продолжил наблюдать, собирая материал для Кирилла. Воронков делал то же самое, не говоря ни слова. Я понимал, что ему хочется отсюда свалить побыстрее. Я и сам был бы рад убежать, однако в борьбе военных и людей из убежища — я был на стороне мирных.

В случае, если бы напрямую схватились вояки и шпана на отечественном автопроме, я бы выбрал вояк, хотя мы только что убавили их и без того небольшой отряд на четверть. Оставалось надеяться, что до трехсторонней схватки дело не дойдет.

Вариант остаться в стороне полностью я даже не рассматривал. А появление бандитов и вовсе было благом — по-своему, разумеется. Убитых можно спокойно свалить на них.

— Кирюх, помолчи! — теперь уже Владимир успокоил нашего спеца, который, пока я наблюдал, выпав из монолога, продолжал наседать на этот раз с непрошенными советами.

Отчего-то мне показалось, что его нынешнее поведение не совсем в его стиле. Еще раз переглянувшись с напарником и поймав его недоуменный взгляд, я лишь убедился в этом и продолжил наблюдение.

Шпаны было гораздо больше, чем военных. Минимум вдвое — я насчитал не меньше двадцати человек. Без формы, без опознавательных знаков. В разномастных куртках. Черных, белых, ярких — кто что нашел в опустевших магазинах, то и надел. Я прикинул, что хороших мишеней было много, а идеальных — еще больше.

— Кто-то тут уже до нас порезвился, ха! — проорал один на всю улицу так, что даже эхо появилось. — Смотри-ка, вояк перестреляли. Ха-ха, так им и надо!