— То есть, это норма для меня?

— Конечно. Не все хвалят, но эффект дает. Если бы не прыгнул тогда вниз, может, у людей из убежища были бы куда большие потери.

— Значит, у меня большой опыт, но что-то не сходится. Я уверен, что в начале лета я еще сидел дома, да и до этого работал на обычной работе. Мне что, подтерли память или заменили воспоминания? — я продолжал пытаться раскрыть тайну о себе самом, но чем больше спрашивал, тем ужаснее догадки меня посещали.

— Ну уж нет. Не выдумывай. Память тебе нарочно никто не подтирал. Кирилл был с тобой рядом, все ждали, что ты нормальный встанешь. Но вот так получилось.

— Но я что… за два месяца или даже за месяц натренировался, что ли? Так не бывает. Каким бы способным ни был.

— Не могу назвать тебя уж очень способным, — начал Володя. — Нормальный, усердный. Хорош в тренировках был. Постоянно что-то новое пробовал. Старался, тренировался. Не в лучших. Не идеально. Но твое усердие стоило двух идеальных. Не знаю, может ты что-то делал помимо тренировок и заданий, но даже на берегу моря тебя не проняло — это уже было наше последнее совместное задание.

— Да? Не проняло чем? Я не очень понимаю, о чем речь идет.

— Ты правда хочешь услышать целиком историю?

— Угу, — кивнул я. — Все равно пешком идем, машин нет, хотя бы что-то узнаю о себе, а там и вспомню, наверно.

— Там тебе надо было исполнить роль одного из членов совета директоров, подписать и подменить бумаги. Собственно, ты тогда немного не с нами работал.

— Как это, не с вами??? — удивился я.

— Вот так. Есть у тебя хорошие знакомые немного по ту сторону закона. Но не суть, ты вроде не моралист сейчас и раньше им особо не был. Просто нас устраивала вся та петрушка, что творилась в мире, а ты… как бы это сказать помягче… по принуждению работал, что ли.

— Допустим, понял. И, дальше что?

— У тебя был шанс срубить кучу денег и свалить в закат, но ты умудрился и товарищу своему криминальному помочь, и нашему общему недругу насолить, и с нами не поссориться. В общем, шикарно вышло. Еще мы там прилично охраны настреляли и улетели домой.

— Ох как, — поразился я. — Точно про меня рассказ?

— То, что ты ничего не чувствуешь в себе и не помнишь о своем прошлом — не повод думать о себе плохо. Главное — сейчас не испортись, а то, я смотрю, жестишь, когда с людьми разговариваешь. Хватаешься за оружие по поводу и без. Аккуратнее.

— А то что?

— Надеюсь, я правильно НЕ расслышал угрозы в твоем голосе?

— Верно, Володь. Просто уточняю, — ответил я, стараясь фокусироваться не только на собеседнике, но и смотреть по сторонам. Никого подозрительного рядом не водилось.