Прочие же немагические технологии в этом мире находятся на довольно низком уровне, так что о бурильных установках и прочих приблудах в недрах шахт не идёт и речи: копают по-старинке, кирками, лопатами и прочим инструментом.

Правда, шахтёрами чаще всего выступают те, кто пытался научиться владеть мечом, развил в себе прану, но не достиг особых успехов в сражениях.

Далеко не все люди способны или хладнокровно выпустить кишки ближнему своему, или превратить его в обугленную головёшку. Убийства, да и просто сражения — удел очень малого числа пользователей маны и праны, что бы кто на этот счёт ни думал.

Я про себя смеялся над магами-огородниками, но они, по большей части, относятся именно к тем людям, которые и помыслить не могут о причинении вреда окружающим. А есть ещё и маги-строители, исследователи, учёные, артефакторы, наконец.

Все они нужны, все они важны — а защищать их положено личностям более отмороженным, вроде меня и приблизительно пятой части студентов Академии Магии Рилана. С мастерами меча в этом плане проще — у них нет альтернатив, ведь их способности лишь в очень редких случаях востребованы где-то кроме полей битв…

Сам того не заметив, я позволил мыслям утечь в иное русло.

Разум цеплялся за привязанности, вытягивая из памяти моих студентов, — а некоторых я считал чуть ли не собственными учениками, — академию, знакомых в городе, ставший таким родным дом… Если слова Кона о масштабном наступлении демонов подтвердятся, а антидемонические настроения начнут расти, нам придётся бежать, оставляя позади всё то, к чему я, за восемь-то лет, успел привыкнуть.

И тянуть с принятием решения опасно, так как одно дело — подготовиться, снарядив караван, забрав с собой ценное имущество и наметив путь, и совсем другое — сорваться с места, чуть ли не в одних трусах сбежав из Рилана.

А такое вполне может произойти, если та же церковь решит обеспечить тотальный контроль над всеми демонами независимо от их репутации и положения в обществе.

Было бы желание и дозволение общества — а способы найдутся.

Жаль. Искренне жаль, что спокойный период моей жизни продлился всего восемь с небольшим лет. Для кого-то это вполне солидная часть жизни, но я даже толком насладиться ею не успел… по крайней мере, такое ощущение меня сейчас обуревало.

События не вскоре — они уже сейчас понеслись вскачь, задавая темп для всех тех, кто оказался в этом замешан. Медлить было нельзя, и потому я раскинул крылья, взмыв в небо и разметав в стороны щупальца ещё не успевшего рассеяться после боя ледяного тумана, неспешно расползающегося в стороны.