Больше всего Роман запомнил такое высказывание Карины Пак:
«Вы, суки оппозиционные, конечно удивитесь, но я согласна со всеми вашими доводами. Эксплора — это долго, дорого и не имеет смысла для живущих на Земле. Но поймите же вы, ублюдки, что когда в доме пожар, то ты выбрасываешь из окна не только самое ценное, но и вообще всё, что попалось под руку — лишь бы хоть что-то спасти от огня. И это всё при том, что самих себя мы от огня не спасём. Мы сгорим вместе с нашим домом».
5.2
Вода в чайнике закипела. Роман поднялся с кушетки и подошёл к столику, приставленному к стене. На стене висела полочка, на ней выстроились в ряд банки с травами, которые собрала Юнь.
Временно мёртвая писательница даже наклеила на банки бумажки с названиями: «Сбор с холмов Авлида», «Лепестки с Кипарисовых Ручьёв», «Шалфей из Русских Джунглей».
После выхода из режима сна телу синтезана не нужно долго приходить в себя, как это происходило с людьми. Быть сложным биороботом, созданным по синтетически-растительным технологиям, имело свои преимущества.
Но за прошедшие дни Роман привык к утреннему ритуалу распития чая. Совершенно голый, он встал перед полкой и водил пальцем по наклейкам на банках:
— Сегодня я хочу начать день с этого! — щёлкнув пальцами, взял банку с подписью «Молотые зёрна Буйной Сныти».
Залив тёмно-красный порошок кипятком, Роман открыл шкафчик и начал экипироваться.
Семья Джингов привезла на базу Чоу не только свои технологии, но и множество мелочей, которые делали жизнь на Локусе максимально комфортной: немного мебели, много посуды, книг и безделушек. Роман помнил, что в этом мире они имели особенную ценность.
А теперь начал понимать, какую именно ценность. Безделушки служили маленькими напоминаниями, что колонизация — это не только бесконечное расширение производства, обустройство базы и освоение новых территорий. Это ещё и обустройство быта колонистов.
На вопрос: «Для кого мы всё это делаем?» можно было ответить: «Только для себя и своей комфортной жизни». Роман даже заставил себя думать, как локусянин. А думать как локусянин — это в первую очередь перестать думать о Земле.
Вернувшись к столу, Роман сделал глоток. Вкус напитка отдалённо напоминал кофе.
В дверь постучали. Двери всех комнат жильцов базы не имели замков — их производство требовало лишнего времени работы сборочного цеха.
— Прошу вас, — сказал Роман.
Вошла Пандора Джинг.
— Доброе утро, лидер! — звонко сказала она.
Стройное тело девушки затянуто в тончайший и просвечивающий наготой бодисьют.
На других Джингах Роман видел нижнее бельё разных фасонов и цветов. Ведь комнаты жителей базы размещались в энергоблоке, напоминая студенческое общежитие.