С любой тропы можно было сойти и пойти куда глаза глядят, прокладывая новую тропу. Но смысла в этом особого не было. Всё равно неизвестно, куда ты в итоге придёшь.

Все путевые камни на перекрёстках имели связь с одним или несколькими близко расположенными друг к другу мирами. Можно было узнать, что это за мир, пожертвовав божественность. Я не удержался и, обретя силу и могущество, следуя за зовом своего сердца, провёл парочку экспериментов.

Если мир был населён, то войти в него просто так было практически невозможно. Конечно, можно было стать грубым вторженцем, как когда-то сделал златомордый, но можно было нарваться на недовольство того, кто в этом мире живёт и кормится, копя собственную божественность.

Какие-то миры имели порог для входа, и слишком сильным богам вход был закрыт, а для остальных преград не было. Подобная защита существовала и в мире Семи Империй.

Часть миров была брошена. Они были пусты или разорены. Именно в такой мир я и направлялся. В мой первоначальный мир, что так и не смог справиться с безумием магов, прикоснувшихся к божественности. Мир, который даже мы, служащие вечности, не смогли защитить…

Он был прекрасным в моих детских воспоминаниях. Большой, насыщенный маной, полный удивительных людей и искусных практиков. Слишком благоприятная среда для появления и развития могущественных магов…

Этот мир был воистину многообразен. Где-то люди сделали ставку на технический прогресс. Развивали науку, вплетая в неё магию. Где-то речь шла исключительно о природных дарах и магическом прогрессе. Каждое государство стремилось к могуществу, чтобы доминировать среди остальных. Но в какой-то момент сила и амбиции некоторых магов перешли ту черту, что была обозначена…

К сожалению, быстро и безболезненно уничтожить источник этой проблемы — этих магов — не всегда удавалось. Они знали, что мы такого не потерпим. И они тоже готовились, мечтая вознестись к небесам. Кто-то скрывался, кто-то создавал неприступные крепости. Кто-то использовал террор и шантаж, обещая разбудить мегавулкан, если мы вмешаемся в их дела.

Мир погиб не сразу. Это был целый каскад крушений. Могучие империи падали из-за ошибок своих императоров. Некроманты отправляли в марш по миру свои неудавшиеся эксперименты… Горы взрывались, ледники таяли. И те немногие, кто возвысился и отправился на Перекрёсток, сумев пройти свой путь и пробудить в себе силы божественности, лишь подкидывали дрова в костёр разрушения… Постоянно с новой силой разжигали амбиции безумцев. Они думали, что мир всё стерпит…

Я стоял перед камнем, что вёл к моей родине. Я смотрел на погибший мир, переживающий опустынивание и климатические сдвиги, что должны будут однажды — возможно, через тысячи лет, когда успокоятся начавшиеся когда-то магические штормы — дать новый виток жизни.