А на лес опустилась темнота. Дневные создания отправились спать, и на их место пришли ночные жители. Над головой заухала и пролетела, чуть не задев крылом, по всей видимости, сова. На дереве я заприметила довольно крупную, с овчарку размером, тень кошачьих очертаний. Странно, но я совсем не испугалась. Помню в школьные годы, когда мы ходили в поход на несколько дней в горы, мы с девчонками по ночам боялись из палатки нос высунуть, так страшно было в лесу. А тут не боюсь ни капельки. С другой стороны, возможно, это просто от недостатка информации. Может, тут чудища разные по кустам и деревьям сидят голодные и злые, а я и не в курсе. Страх, он же на 80 % состоит из человеческой фантазии. Убери то, что сам себе надумываешь, и останется только здоровый инстинкт самосохранения. То есть, если нападут, будешь действовать сообразно ситуации, как говорится, бей или беги. Есть ещё третий способ, самый тупой, на мой взгляд — замереть, притвориться мертвым. То, что я сейчас не боялась, меня более чем устраивало.
Остановилась попить воды. Кстати, фляга почти опустела. Надо бы найти ручеёк какой-нибудь или речку. И искупаться хочется.
Спустя примерно час я решила, что норма ходьбы на сегодня выполнена и решила лечь спать. Для разнообразия на земле. Ведь ночевали же как-то разбойники? Выбрав для ночлега дерево с развесистой, как шатер кроной, ветки которого свисали почти до земли, натаскала лапника и постелила сверху одеяло из мешка. Легла, укрывшись плащом. Да, не мягко. Радует, что хотя бы не холодно. С этой мыслью и уснула.
Проснувшись в предрассветной мгле, с удивлением поняла, что выспалась. И, как это ни прискорбно, по-прежнему нахожусь не в своей квартире на седьмом этаже панельной девятиэтажки, а под деревом в незнакомом мире. Видимо, придётся смириться с этой странной реальностью и принять её как данность. Так тому и быть. Совершив утренний моцион, перекусила лепешкой с сыром и допила воду. К сожалению, умыться было негде и расчесываться пришлось пальцами. Заплела косу из зелененьких волос (к цвету тоже, видимо, привыкать надо). Отправилась дальше в ту сторону, где мне вчера показался просвет между деревьями.
Понадобился примерно час ходьбы, чтобы я вышла на опушку леса, окаймлённую золотыми ясенями. Да, такого я не ожидала! Огляделась.
Передо мной простиралась ровная и гладкая, метров сто-сто пятьдесят, полоса земли, поросшая ядовито-зеленой на вид колючей травой. А дальше был обрыв и открывался совершенно потрясающий вид на солнце и небо. Двинулась туда. Неожиданно край моего плаща зашипел и начал буквально растворяться! Травка, выглядевшая достаточно безобидно, тянулась, пытаясь ухватить плащ! Как могла быстро сиганула обратно под деревья. Сняла плащ, осмотрела. В местах, где он соприкасался с травой, зияли внушительные дыры, ткань была как будто проедена кислотой. Слава богу, на обуви и штанах не было никаких повреждений. Вот так травка! Выходит, будь я обычным человеком в человеческой же одежде, так просто мне эту заградительную полосу не преодолеть! И ещё золотые ясени так подозрительно полосой высажены: уж не охрана ли это? Меня они, понятное дело, не трогают, я им практически своя, родная, но не удивлюсь, если они приготовили для чужаков пару неприятных сюрпризов.