— Моя милаяшипучка навестила свою жуткую мать.

Морриган Ксант. Великая госпожа. Вторая супруга Дракона Ксанта. Великое бедствие и в то же время великое спасение Андара в полусидячем положении лежала на постели. Необычайно длинные черно-серебристые волосы, которые малость подрагивали и неуловимо шипели при каждом слове женщины. Но в то же время они прикрывали её лицо, из-за чего невозможно было полностью рассмотреть его. Единственное, что виднелось из-под них, так это риаритовая повязка, которая плотно и крепко-накрепко прикрывала глаза. Хрупкий и в какой-то мере болезненный стан. Заметно бледный цвет кожи с лёгким изумрудным оттенком. Не глядя и не видя лица Морриган, можно было с уверенностью сказать, что когда-то она обладала разящей красотой. Но сейчас… сейчас всё изменилось. Отныне её красоту олицетворяла горячо любимая дочь и наследница.

— Прекращайте так шутить, великая госпожа Морриган, — слегка пожурила дочь родительницу и с каким-то детским озорством запрыгнула на постель, пытаясь попасть в объятия матери.

Кайса не хотела признавать, но такие прикосновения отбирали у неё силы. Находясь рядом с матерью, она слабела. Ведь руки, одеяния и «волосы» Морриган обрамляли украшения из риарита.

— Шипучка, ну зачем себя насиловать? — с болью в сердце прошептала великая госпожа, пытаясь не задевать дочь антимагическим металлом, но невзирая на слабость, юная горгона продолжала ластиться.

— Всё в порядке. Мне совсем не больно, — отмахнулась девушка. — Лучше обними покрепче. Боюсь, в нынешних обстоятельствах я единственная кто может себе такое позволить.

Подобное самопожертвование как радовало, так и медленно убивало Морриган, но ей и самой хотелось этого. Очень хотелось. Борясь с собственной силой, мать бережно обняла родную дочь, прижав её к себе плотнее.

— Как ты, шипучка? — заботливо осведомилась Морриган, хотя женщина прекрасно представляла каково Кайсе на самом деле. — Так и не отказалась от своих планов?

— Ни за что и никогда не откажусь, — с холодком отозвалась юная горгона, а в её глазах блеснула решимость. — Отец виноват. Он допустил подобное. Он никчемный правитель. При нём Ксант стал угасать. Лишь благодаря тебе наш великий дом вообще выстоял. Вместо того чтобы использовать дарованный шанс во благо твой муж льёт кровь и борется с ветром. Война с Аделлумом тому подтверждение.

— Твой отец не идеален…

— Он глупец, мама! — повысила голос Кайса. — Ты отдала ему свою жизнь, а он выкинул её на помойку. Так что не переубеждай меня.

— Ни за что бы не стала, — улыбнулась тепло Морриган, целуя дочь в щеку. — Я лишь надеюсь, что тебе удастся свершить задуманное. Я более чем уверена, что при тебе Ксант расцветет и займет положенное ему место. Как понимаю, всё будет решаться на Великой Сотне?