Последние слова оказались излишними, потому как гиара готова была рвать и метать.

— Да я тебя… загрызу! Придушу! — процедила та сквозь зубы, обнажая клыки. — Пламя Возмездия мне свидетель, Ваерс Пустой… Ты грязный мерзавец! В тебе человеческого столько же, сколько во всех инферийцах вместе взятых.

— Чтоб мне беспардонно сдохнуть! — фыркнул беззаботно я. — В таком случае у нас много общего. Демоны же заложники своих пороков, страстей и желаний. Вот я и делал всё, что хотел с Фьётрой.

— Не паясничай, скотина! — огрызнулась демонесса.

— А ты не истери! — скривился я. — Возьми уже себя в руки. Или продолжим обмениваться «комплиментами»? Вообще-то я действительно рад тебя видеть.

Ярость по-прежнему искажала лицо девушки, но теперь она была не такой концентрированной как раньше, однако Искрида не изменяла своим инферийским замашкам.

— Тогда какого Инферно ты не связывался со мной раньше?

— Времени прошло всего ничего. Какой смысл? — не остался я в долгу. — Зачем тебе мужик приставала под боком? К тому же я был занят и только сегодня пришел в себя.

— Пришел в себя⁈ — неуловимо переполошилась инферийка, а брови её слегка подскочили вверх. — Что-то стряслось?

— Неважно. Со своими проблемами сам разберусь, — отмахнулся я и, тяжело выдохнув, усадил свою задницу обратно в кресло, а артефакт в виде отвердевшего огня Инферно уложил прямо перед собой на столе. — Как у тебя обстоят дела? В Арутуме не шалят? Аббадон выпустил суку Анширу из заключения?

По личику гиары становилось ясно, что она всё еще злится, но при каждом моём вопросе медленно оттаивала.

— В Арутуме всё на удивление гладко, — с наигранной безэмоциональностью отозвалась Верховная, деланно разглядывая коготки на левой руке. — Насчёт Анширы всё сложно. Если Гатаг не лжет, то она всё еще в заточении. Но до её освобождения осталось не так долго. Никто не ведает, что творится в голове у Аббадона Разрушителя.

Так-так-так. Неплохо. Хоть какие-то хорошие вести.

— Ты не рассказала, как у тебя обстоят дела, — заметил многозначительно я, вглядываясь в изумрудные глаза Верховной.

На несколько томительных секунд возникла гнетущая тишина. Складывалось впечатление, что гиара над чем-то хаотично размышляла. Девушка словно решалась — говорить правду или же нет. Впрочем, вскоре инферийка сдалась. Наигранное бесстрастие сошло на нет, и та задумчиво нахмурилась.

— Недавно меня посещала Ясминда, — нехотя призналась правительница Лавалара.

Ясминда? Хм. Занятно…

— Ясминда Великая? — поинтересовался я, вальяжно откидываясь на кресле и вновь встречаясь глазами с Искоркой. — Дочь Зархона Великого? Чего она хотела?