— Порой мне кажется, Ваерс Пустой, — с каким-то скрытым очарованием шепнула Опаляющая. — Что с человеческим племенем у тебя столько же связи, сколько и у меня. А если выражаться корректнее, то ровным счётом… ничего.

Знала бы ты, милая, как близка к правде.

— Спасибо тебе, Искорка, — как можно теплее отозвался я и практически вплотную наклонившись к проекции, с нежностью провёл пальцем по призрачной щеке гиары. — Я действительно был рад тебя увидеть. Очень рад…

— Считай, что после этих слов ты заслужил себе прощение. Очень часто мне не хватает тебя в постели. Порой я жалею, что отпустила тебе на Вечное Ристалище, — возбужденно прошептала демонесса, а затем со смущением отмахнулась от проекции. — Ладно уж, ступай, мерзавец! Я наговорилась с тобой вдоволь, но если посмеешь игнорировать меня подобным образом, то я отрежу твоё хозяйство.

— Буду иметь ввиду, Искорка, — хмыкнул я, весело ей подмигивая на прощание. — Не скучай там.

Связь оборвалась так же резко, как и образовалась. Стоило же проекции полностью истаять, как небольшой зал вновь погряз в полумраке, а я с тяжелым вдохом откинулся на спинку кресла и прикрыл устало веки.

— Ждём приглашение из академии на получение регалий и тогда начинаем действовать, — вслух обронил я. — Кровь и страдания не за горами, малышка, не правда ли?

«У разорителей иначе не бывает» , — с грустью заключила спата.

— Надеюсь, мы сможем помочь твоей сестре.

«Я тоже на это надеюсь, мой разоритель…»

* * *

Аронтир. Внутренние земли.

Верхний город. Бронзовый квартал.

Особняк имени Лиамы Креамх.

Поздняя ночь…

В апартаментах царил слабый полумрак, но силуэты четырёх собравшихся разумных невозможно было спутать с кем-либо еще. Нимфа гор не сидела за столом. На протяжении получаса она наряду с другими главами домов, продолжала стоять и выслушивать пламенную речь отпрыска Данакта.

Лиама, как и Азар с Банардом давно не видели Бальтазара таким раздраженными. Очень давно. Практически всегда старший сын великого дома Ксант был сдержан и рационален, но только не сегодня. Уже на протяжении двух дней ему не давала покоя своеобразная победа его младшей сестры. Но более всего он был озадачен результатом оценки и кровавой баталией, что на ней развернулась

— Извивалась перед отцом, как последняя тварь! А ведь он оценил её старания. Еще как оценил. Ему понравилось… Как погляжу эта гремучая сука расстаралась! — продолжал свирепствовать Бальтазар, сотрясая воздух. — Столько времени скрывала от меня выкормыша Дэймона.

Причем троице глав доминирующих домов казалась, что молодой мужчина в это время беседовал сам с собой.