Чем ближе я находился к собственной цели, тем чаще билось сердце Опустошителя, но оказавшись в шаге от них, на душе воцарилось пугающее спокойствие и только тихий злорадный шепот одной приставучей твари звучал в мыслях.

Сил

ьны…

Могуще

ственны…

Он

и…

замеча

тельная…

тра

пеза…

Пришлось разом все эмоции загнать как можно глубже, а затем под внимательными взорами окружающих я подмигнул Истре и неторопливо шагнул за завесу, набрасывая на лицо полюбившуюся кривую и в то же время равнодушную ухмылку.

— За мной, малышка.

Один единственный шажок и я будто бы переместился в абсолютно иной мир. Мир, в котором властвовали только они — обереги. Снаружи двенадцать тронов и вправду показались пустыми, но попав в огромный золотой зал, на каждом из престолов уже восседал их владелец или владелица.

За долю секунды я и Альяна оказались под прицелом двенадцати пар глаз, а еще через пару мгновений под аналогичным прицелом очутились и шестеро архидемонов, что встали за моей спиной. Каждый из них выглядел почти так же, как и на Великой Сотне. Я ожидал одного сплошного отрицания и негатива, но их взгляды проецировали достаточно разнообразные эмоции. Злоба и раздражение были самыми распространёнными, но кто-то из них выражал по какой-то причине интерес. Однако пока часть взоров была направлена на меня, многие не сводили внимания с Истры.

Правда, уже в следующей момент чья-то грубая воля попыталась раздавить меня там, где я и стоял. На плечи словно обрушилась гора, но вместо того, чтобы демонстрировать слабость, я намерено сделал шаг вперед и с вызовом взглянул на Танатоса.

— Ну и? — хмыкнул с весельем я, обнажая зубы и провокационно разминая левой ладонью правое плечо. — Чего добился? Как рука, кстати? Не болит?

Реакция на подобной выверт оказалась разной. Хеймдалль злорадно обнажил поблёскивающие золотые зубы, Видар чуть нахмурился, а вот действия Иштар с Бастет, будто у двух сестер являлись абсолютно идентичными — обе слабо улыбнулись и уперев локотки в трон, подперли ладонями щеки.

— Прикуси язык, никчемный сученыш! — ледяным тоном произнес бог Смерти. — Помни перед кем стоишь!

— Какой ты обидчивый, — закатил я делано глаза. — Так может поднимешь задницу с престола, спустишься сюда и проучишь никчемного сученыша? Позволь мнепочесать вторую твою конечность.

К этому моменту Хеймдалль уже тихо посмеивался, однако Танатос не разделял веселья северянина и всем телом подался вперед.

— Стоит мне сойти с трона, и ты тотчас станешь пылью под моими ногами!

— Хватит, брат! Будем честны, что напускной храбрости этому щенку и вправду не занимать! — радостно гоготнул Арес, поднимаясь с трона и обращаясь к остальным оберегам. — А я уж думал, что ты до последнего будешь прятаться в Инферно как какая-то трусливая крыса. Впрочем, те шестеро, что стоят позади, еще большие крысы, чем ты. Они уже много десятков лет скрываются от нас. Не правда ли, Зархон Великий? А кто это с тобой там? Дай угадаю… Марагна, да? Несмышлёная интриганка! И главная шлюха всего мира демонов — Нахема.