Слова Рамас удивили и я с немым вопросом посмотрел на Искриду, но в ответ та лишь довольно ухмыльнулась и коснулась своим коготком моего подбородка.

— Всё так, как и говорит Рамас, милый. Потому мы и пойдем. Если ты так переживаешь, то ни я, ни Фи, ни Рам, ни отойдем от моей матери и Зархона ни на шаг.

— И ещё одно, — чуть тише добавил я, собирая с мыслями и поочередно глядя на всех собравшихся. — Не надо делать из это дня прощание. Я не хочу видеть ваши лица…такими . Выглядите так словно хороните меня. У нас ещё есть время. Немного, но есть. Давайте… давайте просто посидим. Поговорим о чём‑нибудь другом. О чём угодно, но только не о завтрашнем дне.

На моё удивление Талисса улыбнулась одной из первых. Слабо и едва заметно, но это была настоящая улыбка, а не маска.

— Мой господин, вы помните тот день, когда впервые пришли в Сад Наслаждения? Помните, как избавили нас от ордена Сияющих? — неожиданно спросила тёмная альва. — Помните день, когда мы впервые с вами встретились?

На губах заиграла слабая улыбка и эта улыбка вытеснила из груди тяжесть, давившую на грудь.

— Помню, Талисса, — усмехнулся я, предаваясь далёкой ностальгии. — Также я до сих пор помню рожу того белоплащника без портков, которого пришлось стаскивать с Ании. Или он был в портках?

— Какой-то дядя был совсем голый⁈ — удивилась вдруг малышка. — Что он делал с тётей Анией?

— Ранкар, — вдруг пожурила меня Диана, покосившись на Рейну. — Не при детях же…

Мириад сраных бед! Совсем забыл!

Завидев выражение моего лица, Грат громогласно загоготал, откинувшись на спинку стула и в этом терата поддержала Зирина — его избранница, а также Цуг и Аркас. Напряжение же, сковавшее террасу, начало понемногу таять.

Постепенно разговор ожил, перескакивая с одной истории на другую. Кто‑то вспоминал нелепые провалы, когда я отсутствовал в Аронтире, кто‑то случайные делишки, и даже Рейна, которая уютно устроилась у меня на коленях, по-детски хихикала.

Однако имелся тот, кто мог на корню испортить весь этот вечер:

Тридцать шесть часов… — злорадно рассмеялась тёмная тварь. —Да, продолжай. Продолжай тратить своё драгоценное время. Пусть они болтают. Пусть радуются. Ведь очень скоро я прикончу их твоими руками. Точнее… уже своими .

Не знаю почему, но именно этот выпад Опустошителя я проигнорировал. Слушая их голоса, впитывая каждую интонацию, каждый смешок, каждый взгляд, брошенный в мою сторону, в голове то и дело мелькала одна мысль — может быть именно в этом и заключается сила людей, не обременённых силой? Не в магии. Не в могущественных навыках. Не в кровопролитии. И даже не в моей технике терминального просветления, что позволила мне прожить чуть дольше. А в том, что рядом есть те, кто не даст тебе упасть даже тогда, когда падать уже попросту некуда.