— Эм-м-м, а это-то вам зачем? — пришла моя очередь удивляться.

— Обещаю, после того, как вы дадите ответ, я в общих чертах обрисую ситуацию, — поклялся следак. — Просто если я скажу заранее, ваше мнение может оказаться предвзятым.

Я действительно начал прокручивать в мозгах вчерашний день. Пока я думал, ответил Сергеевич:

— Если вам интересно моё мнение, абсолютно адекватный юноша, в меру хамоватый, в меру вежливый и точно не готовый подставить вторую щёку после удара по первой, но готовый отстаивать свои интересы.

— Собственно, очень интересный собеседник, хорошо разбирается в военном деле, — следом начал я. — Правда, в клятвах молчания погряз, но его работа обязывала. Да нет, совершенно обычный парень, приятный, воспитанный и эрудированный.

— Неужели за всё время, что Комарин гостил у вас, вы ни разу не удивились его поведению и реакции? — попытался дожать тему следователь.

Я старательно напряг память и вдруг вспомнил:

— Он категорически отказался пить. Это меня удивило, очень, — сказал я, а следователь хищно затрепетал ноздрями. — Но потом он объяснил, что до этого слишком ярко погулял по поводу своего титула, и я, честно говоря, его хорошо понял, сам на алкоголь неделю смотреть не смог бы. Про их похождения даже в газете писали.

Львович обиженно поник, но потом всё-таки выдавил:

— Хорошо, я понял вас. Но, если вспомните что-то любопытное, даже самую мелочь, обязательно позвоните мне, мой номер есть у вас обоих.

— Так, а что случилось-то? — немного надавил Сергеевич на следователя.

— Точно, я же обещал вам рассказать, — стукнул себя по лбу следак. — В двух словах, возникли подозрения, что Михаил Комарин не тот, за кого себя выдаёт. Если повод считать, что в нём живёт подселенец, заблудшая душа, занявшее место прежней, настоящей. А с такими у нас разговор короткий.

Мы со стариком переглянулись, подумав об одном и том же, что не укрылось от взгляда следователя. Но понял он нас совершенно неправильно.

— Не беспокойтесь, — поспешил он успокоить. — Это не заразно, вам ничто не грозит! В любом случае, я благодарю вас за беседу, всего доброго! И не забудьте позвонить, если вспомните хоть что-то странное.

Мы развернулись и пошли на выход. Да, не хотелось бы оказаться на месте бедного парня. А ведь в самом начале я косячил направо и налево. Хорошо, Аманда, которая меня знала, как и то, что я подселенец, помогала, направляла и учила. А Сергеевич изначально знал, на что подписывается и куда идёт.

Когда мы отошли от участка и подошли к машине, Сергеевич резко обернулся ко мне.

— Запомни, если тебя рассекретят, это однозначная смерть! Хотя, ходят легенды о больших лагерях для попаданцев и экспериментах над ними. Но все сходятся в одном — казнь предпочтительнее. И да спасёт парня его Комар!