— А не плохо тут у вас, — оскалилась рыженькая девчушка, Язва которая. — Мне нравится! А главное, небо настоящее!

Я достал телефон и набрал Сергеевича. Ответил он после пятого гудка, я подумал было, что он вообще не возьмёт трубку.

— Антон Сергеевич, мы с трофеями, — усмехнулся я в трубку. — Точнее, с гостями. Надо организовать им спальные места и, желательно, соблюсти подобие секретности.

— И тебе привет, — возвратил улыбку старик. — Очень интересно, но я ничего не понял. Вы сейчас где, на скале? Подождёте? Я подойду.

Я согласился и повесил трубку. Мы уселись прямо на высохшую траву, после того, как я объяснил, чего мы ждём. Здесь было раннее утро, но солнышко уже встало, и было светло. Старик пришёл вместе с Амандой, завершив общую беседу ни о чём и обо всём.

— Ну, здравствуйте, гости дорогие! — оскалился Сергеевич. — С чем пожаловали?

Лондон, Англия

Баронесса Комарина ехала в карете сквозь промозглую сырость и её всё раздражало. Не могли дать задание куда-нибудь на Карибские острова! Ну, или хотя бы в Турцию. Зато есть стимул управиться побыстрее. А это их левостороннее движение? Не могли, как у нормальных людей сделать? Да и традиция на официальные мероприятия являться конным экипажем просто бесила. Приходится мерзнуть в карете, а не быстро и с комфортом доехать на машине.

Сегодня ей предстояло познакомиться со своей жертвой, ей удачно удалось добыть приглашение на бал во дворце того самого Джона Фокса. Вдовушка, у которой приглашение было экспроприировано, оказалась совершенно несъедобной, было ощущение, что пьёшь кровь какой-то лягушки или ящерицы, бр-р! Как с такими отмороженными вообще в постель ложатся? Хорошо, что они тут все слабенькие, пары глотков хватило, чтобы женщину развезло, язык развязался, и та выдала всю известную светскую подноготную на Фокса вместе с приглашением на ближайший бал.

Дворец оказался… дворцом, мрачным и гнетущим, с фигурами гарпий на крыше и с двумя статуями огромных лис у входа. Карета объехала фонтан и остановилась напротив входа, кучер проворно спрыгнул с козел и открыл дверку, дворецкий галантно подал девушке руку.

В холле, куда её сопроводили, ярко пылал огромный камин, разгоняя сырость и холод. У Агафьи приняли шубку, открыв взглядам шикарную фигуру девушки, облаченную в вечернее рубиново-красное платье с большим декольте и открытыми плечами, снизу платье тянулось до самого пола, продолжаясь небольшим шлейфом, тянущимся сзади девушки по полу.

— Как вас представить, мадмуазель? — обратился к ней щеголеватый молодой человек с зализанными чёрными волосами и тонкими усиками. — И позвольте ваше приглашение.