— Так, это я у него узнаю, откинулся на спинку кресла Алексеевич. — Давай про другие изнанки.

— На четвёртом множество монстров, причём циклопических размеров. Команда бойцов, которых сильно переделала Система во времена её присутствия там, вполне способна добывать там значительное количество трофеев. Я планирую установить стационарный портал между третьим и четвёртым уровнем, о процентах с добычи Антон Сергеевич уже договорился с главой Ковчега.

— Так, а их личные технологии? Что мы сможем использовать, и что из этого они готовы нам предложить?

— Ваше величество, мы думаем, что не стоит открывать этот ящик Пандоры, слишком велик отрыв немагических технологий от нашего уровня. Большинство их изобретений, в принципе, у нас есть, только на принципе магии.

— Нет, вы абсолютно правы, и мы это обсуждали с Сергеевичем, — отозвался император. — Нельзя тащить к нам технологии, которые смогут украсть и затем повторить наши «друзья» из соседних стран. Но вот образцы техники, которые мы не можем воспроизвести, в штучных вариантов, как, например, твоя броня, весьма интересны. Давай про последующие уровни изнанки.

— Именно в этом направлении и с такими условиями мы и планируем работать, — поклонился я. — Что касается пятого уровня, он покрыт водой, насколько хватает взгляда, а удаляться от тонкого места мы не рискнули, еле справились с единственным монстром. С шестым всё проблематично, там действует какой-то газ, или излучение, или магия странная, вызывающие галлюцинации. Потому достоверно говорить о том, что там есть разумная жизнь сложно, не факт, что данное заявление не плод моего воображения.

— Расскажи подробно, что там видел? — не сдавался глава России.

— Я видел лес, как под Москвой, смешанный, берёзы, сосны, ели, осины, орешник и подобное. Но важно не это, а то, что каждый из моих спутников видел свою картинку. У кого-то поле с цветущим рапсом, у каждого своё. И даже их технологии дали сбой. А когда я уже покидал локацию, я увидел крохотного, по пояс, человека. И он говорил на ломаном, но русском языке. Этот момент заставляет больше всего усомниться в том, что он не был частью галлюцинации.

— Весьма интересно, — потеребил себя Пётр Алексеевич за кончик уса. Раньше я у него такого движения не замечал. — Давай так: я дам тебе нашего самого сильного эмпата, и вы вдвоём прогуляетесь на шестой уровень. Он свой человек, обязан мне многим, в его порядочности и умении хранить тайну даже не думай сомневаться. Он попробует определить, есть ли там что-то магическое, что так воздействует на психику.