Внезапно. Нет, я мозгами понимал, что у этого следователя куча дел помимо меня, но я привык его воспринимать как человека, занятого проблемами, которые создаю лично я. И вдруг он пытается меня арестовать. Даже любопытно. Я спокойно протянул ему руки.

— Алексей Львович, — сказал я, глядя, как его помощник споро одевает мне магические кандалы. — В чём меня обвиняют-то хоть?

— Пока ни в чём. Кроме проникновения на территорию частной собственности и её уничтожения. Этого мало? Тогда добавим причинение смерти по неосторожности в результате твоих действий. Этого мало? Тогда, скорее всего, будет содействие безвозвратной смерти. Я знаю эту магию, под которую попал весьма мощный маг. Шансов на его воскрешение минимальное количество, я сожалею. Наши маги приложат все усилия, само собой, чтобы его воскресить и вылечить, подождём.

— Что здесь происходит? — нарисовался командир магов, присланных стариком. — Какого чёрта Мангустов в подавителях? Извольте объяснится!

Он навис над следователем огромной скалой, однако тот не дрогнул:

— Происходит задержание подозреваемого. Вы, пока что, будете проходить свидетелями, ибо у меня есть основания полагать, что вы действовали по его указке. Если выяснится, что это не так, вы перейдёте в категорию подозреваемых, а то и обвиняемых. Вам есть, что сказать по этому поводу?

— Конечно есть, — не остался в долгу главный маг. — Мы проводили спецоперацию. Мангустов был вызван в качестве свидетеля и эксперта. Кстати, мы живы только благодаря ему!

— И, тем не менее, факты на лицо, — не унимался Львович. — Проникновение есть? Есть. Разрушения есть? Есть!

— Слыш, ищейка! — как-то мгновенно переместившись вплотную к следователю, зашипел маг. — Это редакция! Была. Войти может каждый, официальное учреждение. С этим разобрались? Табличка, думаю, цела и валяется где-то тут, ройтесь. Второе! Эта хтонь взорвалась! Ис-крив-ле-ни-ем! Понимаешь уровень? При этом в редакции, в разгар рабочего дня не было ни одного репортёра, редактора и других мудозвонов. То есть владельцами это так и было задумано. Ищи виноватых не под фонарём, штабная ты крыса! Или я сам займусь тобой, и уточню, насколько ты профпригоден. Мы друг друга поняли?

Львович оторопело смотрел на мощного мужика и думал о том, что его великолепный план укротить Мангустова где-то свернул не туда. А ему всего-то и нужно было, чтобы несносный подросток был под присмотром. Хотя бы пару недель отдыха, в шикарной отдельной камере. Чтобы отдохнуть мог сам Львович. Он уже миллион раз проклял тот момент, когда согласился за ним присматривать.