С моими текущими характеристиками физической оболочки проще всего было просто спрыгнуть с этой скалы вниз. При активном Великом сокрытии мне бы даже удалось погасить звуки приземления. Но вот с вибрацией земной коры я ничего поделать не мог. Ее наверняка уловит корневая система ближайшего кровавого цветка. В таком случае весь план с маскировкой можно было бы выбросить на помойку.

Именно поэтому я решил выбрать более сложный путь в долину. Он мог гарантировать стопроцентное сохранение моей маскировки. Великое сокрытие никак не сковывало физическую оболочку. Только активация изменения явления могла его разоблачить. Но даже здесь существовали свои нюансы. Искусный практик этого умения мог скрыть даже запуск изменения явления, если его противник обладал не слишком мощным духовным восприятием.

Кровавые цветы как раз-таки подобным аналогом восприятия обладали. Так что мне пришлось полагаться только лишь на собственные физические силы. Но для тайного проникновения в расположение вражеского войска этого должно было хватить.

Тихонько спрыгнув с уступа, я начал медленно спускаться по скале ко дну долины. Данный процесс занял у меня всего около двенадцати секунд реального времени. Вскоре я уже оказался на небольшом пригорке.

Справа и слева от меня земля была покрыта сплошным растительным ковром алого цвета. Аккуратно, словно кошка, ступая по скальному основанию, я начал медленное продвижение вглубь вражеской территории.

Кровавые цветы вели себя довольно пассивно. Порой, их лианы вздрагивали, и по ним к основанию цветка проходил поток красного света. Таким способом они питались, поглощая в лианы и корневую систему частички эссенции крови.

Некоторые из цветов закрыли свои бутоны и поглощали эссенцию, которую для них добыли мертвые дракониды. Оба вышеописанных процесса шли непрерывно. Причем один другому никак не мешал. Казалось, что все обретшие самосознание растения в этой долине заняты исключительно собственным развитием.

Но эта безмятежность являлась лишь видимостью. Один неверный шаг и кровавое воинство тут же могло перейти в боевой режим. С таким количеством противников не справился бы даже мой Разящий лотос грозового пламени. Особенно, если в дело вступят два самых крупных кровавых цветка.

Полностью сконцентрировавшись на бесшумном продвижении вперед, я перестал обращать внимание на все, что происходило в округе. Только мое духовное восприятие по-прежнему было начеку.

Каменная тропа, по которой я пробирался, шла довольно извилисто. Она не вела прямиком к кровавому озеру, а примерно за триста метров от него резко уходила вправо и соединялась там с другой стороной защищающего долину скального основания. Благодаря такому рельефу, образовывалось нечто вроде отдельной зоны, которую облюбовали несколько групп кровавых цветов.