С прихожей прихватил пачку Винстона и зажигалку — единственная вредная привычка, от которой никак не мог избавиться. Впрочем, не больно то и старался. Нравилось мне вот так сидеть неподвижно и, вдыхая сизый дым, размышлять о планах на день. Да и нервы порой успокаивает, чего уж. Особенно когда нарвёшься на тупого клиента.

На улице было свежо, и прежде чем закурить, пару раз глубоко вдохнул утреннего воздуха. Суббота, никуда не надо спешить… Ляпота!

— Михалыч, ты чего такой довольный? — прозвучал справа звонкий женский голос. — Жизнь слишком хорошая?

— А что, если да? — с улыбкой ответил я поворачиваясь к соседскому двору. За низким забором, в каких-то пяти метрах от крыльца, развешивала бельё соседка. Она тоже была одета не, хм, по погоде. Тонкая, шелковая сорочка до середины бедра совсем не скрывала прелести молодой женщины, а даже наоборот, подчёркивала. Вот кому точно не спится. — Доброе утро, Полина.

— Ага, доброе! — усмехнулась утренняя собеседница. При этом она потянулась, чтобы расправить на веревке бельё, и ткань сорочки на её груди натянулась, очерчивая два аппетитных полушария. Я даже дыхание затаил на миг. Эх, хороша, чертовка. — А если говоришь, что жизнь у тебя хорошая, значит жениться надо.

— Так я всегда за. Но ты ж не пойдёшь за меня замуж, а другой достойной кандидатуры не найти.

— А ты позови. — лукаво усмехнулась соседка.

— А вот и позову. — я тоже улыбнулся. Подобный разговор повторялся уже в десятый раз, но дальше дело никогда не заходило. У Полины имелся муж, хоть они и не зарегистрированы. Правда он уже второй год, как сидел в тюрьме, но женщина хранила ему верность, и я уважал её за это. Более того, лично отвадил двух особо назойливых ухажёров, пытавшихся ночью достучаться до объекта своей влюблённости.

— Послезавтра приходи в гости, вечером, у папы день рождения, юбилей. — соседка закончила развешивать бельё и, подхватив таз, двинулась к своему крыльцу.

— Да помню, даже подарок приготовил. — ответил я, глядя в след женщине. А ведь и правда хороша — высокая, стройная, загорелая.

Проводив Полину взглядом, достал из пачки сигарету, и только поднёс её ко рту, как услышал из гаража странный грохот. Первой мыслью было — воры! Затем, поразмыслив, решил, что это собака. Наверное вчера, загнав машину, забыл запереть дверь, и Верный залез внутрь. Цепь у него длинная, скользящая по натянутому через двор тросу, запросто достанет. Любопытства у пса — на десятерых хватит. Забрался внутрь, зацепился за что-нибудь, а сейчас боится голос подать и на глаза попасться — знает, что его поругают.