Через некоторое время тоннель разбежался на два отдельных рукава. Один тоннель шёл под наклоном вниз, а другой — вверх. В первом рукаве едкий запах усиливался, а во втором, напротив, воздух был посвежее. Кроме того, на миникарте первый тоннель система подсветила красным и снабдила надписью «Осторожно! Опасная зона».

То чувство, когда Речь заботиться о тебе, подумал Илья. Как мило. Любопытно, что в опасной зоне? Какой-нибудь хтонический Ктулху дрыхнет? Или зыбники там немытые портянки хранят?

Полукровка свернул в тоннель с более свежим воздухом. Илья полностью его поддерживал, как и зыбники-воины. Они испугано косились в сторону второго тоннеля, их носовые отростки извивались активнее, чем обычно. Зыбники поспешили за предводителем, словно хотели побыстрее разорвать дистанцию с опасным местом. Илья и Таня старались не отставать.

Бугристые стены тоннеля в какой-то момент сменились грубой кладкой, как в мясницкой и кладовке. На стенах на большом расстоянии друг от друга начали попадаться чадящие факелы. На полу ближе к стенам изредка встречались небольшие дурнопахнущие кучки, тёмные подсохшие пятна, под ногами скрипели объедки — чувствовалась активная жизнедеятельность «высокоорганизованных» существ. Туалет у них там, где застала нужда.

За поворотом им встретилась небольшая группа обычных зыбников, пять особей. При виде полукровки они загалдели и бросились к нему, кланяясь, повизгивая, словно собаки, и всячески выражая почтение. Тот что-то прорычал им, зыбники все как один подскочили на месте и стремглав рванули вперёд по коридору, только пятки засверкали. Полукровка что-то рыкнул своей свите, и те припустили следом за собратьями.

— Он остался один, — резюмировала Таня. Девушка размяла плечи и пошевелила пальцами, словно пианист, готовый сыграть сложное виртуозное произведение. — Берём его.

— Тёпленьким, — добавил Илья.

Полукровка стремительно шёл по коридору, когда из-за спины ему под ноги порскнула чёрная-пречёрная тень и засосала его, словно трясина. Полузыбник даже не успел позвать на помощь или взмахнуть руками.

Оказавшись в мире теней, он удивлённо всхрюкнул и, не удержав равновесия, рухнул на задницу. Жуткие, вытянутые, деформированные тени обступили его со всех сторон. И две из этих теней обладали разумом.

Таня стремительно накинула на полукровку связывающую словоформу. Тот как раз пытался подняться, но невидимая сила прижала его руки к туловищу, а ноги друг к другу. Полузыбник с грохотом и лязгом растянулся на полу, свирепо хрюкая и рыча. Он не понимал, что с ним происходит, что это за жуткое место, куда делся привычный мир? Он пытался сопротивляться, напрягал мышцы, дёргался, из-под шлема донеслись яростные щелчки зубов, но всё тщетно. Против Речи вся его первобытная сила не помогала.