Полукровка с явным обожание в голосе гордо пояснил, что вот это чудо-юдо на фресках и есть Великая Мать Зыбь.

— Похожа на хтонического монстра, — равнодушно подметила Таня. — Но это не точно.

Полукровка возмущённо зашипел на неё, дескать, Великая Мать тебе не какой-то там монстр, она прародительница всего сущего! Таня только рассеяно кивнула в ответ.

— Хтонического монстра? — переспросил Илья. — Это типа Ктулху что ли? Или титанов из Древней Греции?

— Ну ты точно лунатик, — неодобрительно покосилась на него Таня. — Ты где был всё это время? Элементарные же вещи, говорящие их впитывают с молоком матери.

— Ты просто так сказала, словно эти чубрики на самом деле существуют, — насупился Илья.

— А они и существуют, — равнодушно пояснила Таня. — Даже сейчас на нашей планете парочка найдётся.

— Серьёзно? — выпучил глаза Илья. — Кратос не всех перебил, значит…

— Без понятия, кто этот Кратос, — пожала плечами Таня. — Ты про мозг Больцмана слышал?

— Больцман, Больцман… — забормотал Илья, напрягая память. — Что-то очень знакомое, я точно эту фамилию уже где-то слышал. Или это ник? Стример что ли какой-то из новеньких?

— Короче говоря… — Таня со страдальческим видом закатила глаза. — Есть научная теория, она так и называется — «Больцмановский мозг». Данный объект возникает в результате неких случайных событий и способен осознавать своё существование. Самозародившийся разум, если проще. Вероятность появления Больцмановского мозга крайне мала — десять в степени десять в степени пятьдесят.

— Это… это как? — выпучил глаза Илья. Математика не являлась его сильным местом. — Десять в степени десять… в степени пятьдесят? Чё за бред? Такого не бывает.

— Потом загуглишь, если захочешь, — махнула рукой Таня. — Короче говоря, Больцмановский мозг — это разум, возникший волей случая, космической погрешности, а не в ходе эволюции, как люди и прочая живность. Вторых стражей галактики смотрел? Вот отец главного героя, разумная планета, как раз наш пациент.

— Ну смотрел… но всё равно не очень понимаю, — сказал Илья. — Чтобы образовался мозг, суперсложный орган, сложнее компьютера в миллиарды раз? Да ещё и случайно? Очень сомнительно…

— Слышал про бессмертную мартышку с пишущей машинкой? — Таня, видимо, решила окончательно запутать Илью теориями. — Макака наугад бьет по клавишам, набирает белиберду, но рано или поздно, через миллиарды лет, она напечатает «Войну и мир» слово в слово. Тупо за счёт перебора всех возможных вариантов.

— А-а-а-а, — протянул Илья. — Кажется, я начинаю понимать.

— Закон Мерфи, — привела Таня ещё одну аналогию. — Если может случиться какое-то событие, пусть у него и минимальный шанс, оно рано или поздно произойдёт. Пусть через десять миллиардов лет, но произойдёт.