— Ставлю пятьсот грамм застывшего огня Инферно. Как тебе такое?

Для мира демонов огонь Инферно был своеобразной и ценнейшей валютой, ведь он не только делал своего носителя сильнее, а также мог повысить ранг до более высокого. Что сопровождалось почетом, влиянием и ростом силы в иерархии. Но это касалось низкопрофильных демонов, для Высших и Верховных, не говоря уже об Архидемонах, это были крупиц сил в безграничном океане.

Для обычного манора, к которым относился Жа-Ртиса, годовой заработок и добыча огня Инферно составлял порядка десяти-двенадцати килограмм. Для манора Ра-Роск порядком выше. Именно из-за данного ресурса извечно и начинались войны в мире демонов. Сила решает всё.

— Пятьсот грамм весьма много, осилишь? — поддел своего собеседника Верестан с кривой ухмылкой. — Это чуть меньше ста грамм чистейшего огня Инферно. Точно потянешь?

— Ты не считай уж меня совсем за бедняка, — чуть скривившись, произнес Архидемон.

— Хорошо, по рукам! — согласился Верестан и обратил своё внимание на скучающего Картара и его противников, которые уже что-то обсуждали на повышенных тонах между собой. — НАЧАЛИ! — громыхнул голос властителя Каэр-Роска.

Пару секунд ничего не происходило, и противники лишь сверлили друг друга глазами. Уже в следующий миг, Аратон незаметным жестом отдал приказ. Четверо Высших что-то довольно выкрикнув, рванули к беззаботному Картару на всевозможной скорости прямо в лоб, решили разобраться с наглым человеком при помощи голой силы, игнорируя любые тактики и стратегии. В ответ их противник чуть ли не зевал от скуки. И наблюдал за всем с расслабленным видом.

Но когда до мужчины оставалась порядка пары метров, и кромка огромной гизармы должна уже была разрубить его на две части и превратить в кровавое месиво, тот словно преобразился и возбужденно оскалился, делая короткий шаг навстречу.

На крошечную долю секунды всю площадь озарил яркий бирюзовый отблеск. После второй. Третий. Четвёртый. От пронизывающей бирюзы ослепли почти все, за исключением нескольких разумных, но даже таких могущественных существ, как Архидемоны, данный выпад слегка дезориентировал.

— Ну, надо же! — хохотнул довольно Ра-Роск. — Доченька, ты была права, Пал обид не прощает. Жесткий, рассудительный, расчетливый, — обратился к демонессе Верестан, которая незаметно с лаэсами подобралась к подлокотнику трона Архидемона и наблюдала за всем с довольной и безмятежной улыбкой.

— Пал любому демону даст фору в жестокости, ты и сам видел, как он поступил с полубогами, — как можно громче проговорила демонесса, звонко засмеявшись, привлекая на себя внимание.