— Да кого сейчас эти их штрафы волнуют. Тут, похоже, игра по-крупному идет. Под меня копают уроды. Как в шахматах вилку сделали: или идиотом выставили бы, если подлога не заметил, или беспредельщиком, если решил бы своими силами с подставой разобраться. А мы тут им нестандартный ход выкатим. Заодно через полицию пробить фамилии и адреса сможем. А если повезет, то и сами игроки, задумавшие такой финт, проявятся.

— Ты такой умный, Сереженька! Сейчас же звонить начну. — Показательно восхитилась проштрафившаяся администратор, в глубине души сильно довольная, что начальник обратно в более-менее благодушное настроение пришел и даже назад свои подаренные сережки не потребовал.

* * *

Врач психиатр Загуменов Юрий Петрович, вышедший сегодня на суточное дежурство в приемное отделение Иганской областной психиатрической больницы, испытывал в эти минуты приступ жесточайшего недовольства избранной когда-то им для себя специальностью и вообще своим сегодняшним местом во времени и пространстве. И, собственно, для этого у него имелись весьма веские основания. Дежурство не заладилось практически с самого начала. Сначала скорая доставила двух разнополых собутыльников –алканавтов, раздобывших где-то халявных деньжат и вследствие этого решивших злоупотребить с размахом. В результате развившейся острой алкогольной интоксикации, перешедшей в стремительно развивающийся столь же острый психоз, мужчина возжелал разом отблагодарить всех своих соседей по подъезду. Он ходил от двери к двери, с размаха колотил ладонями по запертым створкам и истошно орал: «Сосед»! — Далее следовало персональное обращение по имени отчеству, причем, что характерно, уже сильно ущербный на голову индивид ни разу в своем поименовании не ошибся. — «А не нужна ли тебе какая моя посильная помощь»?

Некоторые двери даже открывались. И поименованные товарищи выходили. Кто со словесными увещеваниями, кто сразу норовил заехать бузотеру крепким трудовым кулаком в торец, только в этот раз испытанное во многих ситуациях средство успокоения дебоширов абсолютно не помогало. Мужичок поднимался, сообщал, что он готов помочь своим соседям даже в выражении их агрессии и как ни в чем, ни бывало, начинал приступ соседних, еще не охваченных его вниманием дверей.

Вызванная соседями полиция решила, что данный персонаж — явно не их контингент, а потому передала спеленатого простынями соседей хулигана бригаде скорой помощи, а тем, в результате, пришлось везти в психушку даже не одного, а двух пациентов разом. Собутыльница плененного совершенно внезапно воспылала приступом небывалой преданности и любви к своему побитому товарищу и заявила, что она — «последовательница жены декабриста Кюхельбекера», готовая идти за своим суженым даже на самую сибирскую каторгу, вцепилась обеими руками в фельдшера прибывшей по вызову бригады и не отпускала, пока тот клятвенно не пообещал доставить по месту заточенья их всех вместе, всем дружным, пьяным семейством.