— И как ты всё успеваешь, Даш, — щебетала на фоне ассистентка.

— А мне кажется, что я ничего не успеваю, — хихикнула рыженькая техничка. — Столько идей в голове, а время так бежит.

— О чём разговор? — включился я в их беседу.

— Да вот Даша успела усовершенстовать купель, а ещё отремонтировала ту древнюю быстро-плиту, представляешь? — ответила Настюха.

— Вот что, значит, Олег грузил в багажник с утра, — догадался я.

— Она хоть и древняя, даст фору ещё всем новым моделям, — улыбнулась Дарья. — Да и заменила я там всего-то пару деталей.

— А что с купелью? — поинтересовался я.

— Улучшила передатчик импульсов, поставила бесперебойник, — довольно сообщила техничка. — Теперь даже при истощении кристаллов ещё на сеанс хватит.

— Ты отлично справляешься, умница, — похвалил я её.

— Спасибо, Алексей Михайлович, — слегка разрумянилась Даша. — Из ваших уст похвала вдвойне приятна.

Я сделал глоток зелёного чая и услышал из коридора голоса, телефон ожил входящим сообщением от Захарыча. Он сообщил, что пришёл Степан из «Целебника».

Выходя в коридор, я заметил старика, который приглашал своего приятеля в служебное помещение. Он увидел меня и махнул, приглашая присоединиться.

Мы оказались в переговорной. Так бы я назвал эту комнату. Несколько столов, совмещённых в один длинный, стулья по бокам

Мы расположились с краю, и Степан окинул нас очень напряжённым взглядом.

— В общем, Егор, Алексей… Я с не очень хорошими новостями, — кое-как выдавил он.

— Стёпа, давай по существу, — пробурчал Захарыч. — К чёрту эти твои прелюдии.

— Нам придётся ещё немного повысить арендную плату. Ещё на тысячу, — еле слышно пробормотал Степан. — Вы пользуетесь оборудованием, которое оставил «Целебник», мебель здесь осталась. Это не мои слова, если что.

— А губа не треснет у вашего Шадрина? — грубо произнёс Захарыч, сжимая карандаш.

— Егор, решение уже принято, — вздохнул Степан. — Моё дело маленькое. Я передаю информацию. И от этого, поверь, не испытываю радости. Была бы моя воля, вы бы бесплатно арендовали здание. Но… сам понимаешь.

— А раньше ты по-другому говорил, — просипел Захарыч. Старик был так напряжён, что карандаш скрипел, грозясь треснуть в его руке. — Договорюсь, без проблем, Шадрин меня слушает… Это ведь были твои слова.

— Не знаю, какая муха Шадрина укусила, но… — начал было оправдываться Степан.

— Знаешь, Стёпа. Прекрасно знаешь, — Захарыч скривился в зловещей улыбке. — Но твоё право, можешь и не говорить. Кто я тебе? Всего лишь друг, с которым ты знаком с Академии. Кстати, ты мне так и не ответил, что вы там разгружали во дворе немаркированное.