Вот и сейчас малой лысый парень увидел его, улыбнулся.

— Куо пао хунь пунь паош-шинь… — всё, что расслышал Яков.

— Ага, да-да, поцелуй меня в задницу, утырок, — оскалился сын Анаболика. — Иди нахер и хорошего денька, якорь тебе в жопу.

— Хрень пень куо-пуо, — что-то в этом роде ответил лысый, приветливо махнув ему рукой.

— Как они ещё язык не сломали. И не выговоришь ведь эту ерунду, — хмыкнул Яков, добираясь до заросшего плющом столика. Покопался под ним, доставая из нычки помятую сигаретку, затем чиркнул крохотной зажигалкой, которую нашёл там же.

Вдохнул полную грудь дыма и закашлялся, затем ударил по столу и услышал комариный писк. Сначала под столом, затем над ухом.

— Вот же зараза. Ты чо, и табака не боишься? — отошёл Яков, оглядываясь и попыхивая дымом. Тут он почувствовал укус в шею.

Ударив по месту укуса, он взглянул на ладонь. Комар успел выпить немного крови, но он был тёмным и больше обычного. Даже в Китае таких не было. Либо он откуда-то прилетел, либо он мутировал, и тогда это очень дерьмовая новость. У Якова не было в планах болеть.

Разумеется, он слышал, что в Китае часто болеют странным вирусом, который уже добрался до столицы Империи, но называл тех, кто распространяет такие новости паникёрами.

Ну вот не верил он, чтобы лекари не могли вылечить какой-то вирус. Разгоняют непонятную чушь, а потом дрожат по углам.

Он докурил, потушил окурок о камень, прикопал следы, и затем кашлянул, возвращаясь к тренировочной площадке.

— Ты опять дышал дурным воздухом, — нахмурился старец, держа в руке длинный шест. — И ты ослушался меня. Снова. За это ты наказан. Три часа в стойке цапли и час в стойке всадника.

Яков попытался пройти мимо, но внезапно наткнулся на палку, которую выставил мастер.

— Учитель, я больше не хочу оставаться здесь, — процедил Яков, кое-как сдерживаясь, чтобы не сказать грубого слова.

— Я тебя отпущу, когда ты пройдёшь три базовые ступени, — произнёс мастер. — Пока ты находишься на первой.

— Я должен позвонить отцу! — Яков оттолкнул в сторону палку, сделал пару шагов и вновь упёрся в деревянный шест. Тот ещё сильнее надавил на грудную клетку.

— Ты ничего не должен сейчас, кроме трёх часов в стойке цапли и часа в стойке всадника, — холодно сообщил ему мастер Сун Ли.

— Да понял я всё! — воскликнул Яков. — Понял! Больше не буду!

— Тобой управляют эмоции. Ты ничего не понял, — горько подытожил мастер.

— Да пошли вы и все ваши стойки… вместе… — Яков почувствовал, как стало трудней дышать. — Я гвар-рю… мне не нуж-ж… кх-хе-е!

Из его рта выскочил непонятный сгусток и с громким шлепком упал на песок под ногами. Он присел, всмотрелся. Что за синяя бурда?