Она показала мне монету. Я взял её в руки, повертел, рассматривая с разных сторон. Странная, тяжёлая, как советский рубль. Края протёрты, но это не что-то из древности. Многие рода, которым заняться было нечем, изредка напрягали Монетный двор и чеканили деньги со своим гербом.

И вот надо же было такое найти? На одной стороне — «Десять рублей». На другой герб рода, два оскалившихся волка.

— Это монета Долгопрудных, — хохотнул я.

— Не угадал. Это моя монета, — холодно улыбнулась Вика, засовывая монетку себе в трусы купальника.

— Вик, это неприлично, — заметил я, наблюдая, как удивлённо взглянул в её сторону проходивший мимо седой мужчина.

— А мне плевать, — хихикнула Виктория, махнув случайному свидетелю её действий. — Дедуля, проходи мимо, нечего так пялиться.

— Совсем распустились, — пробубнил пожилой мужчина. — Ни стыда, ни совести…

Он быстро покинул пляж, по пути всё ещё посматривая в нашу сторону.

— Ну вот что ты делаешь? — укоризненно взглянул я на неё.

— Я присваиваю трофей. Что не так? — скривилась в усмешке Виктория. — А этот дед просто извращенец. Уже напридумывал себе кучу всего.

— Ещё скажи, что ты это сделала не специально, — хмыкнул я.

— Да просто сделала. Могу вот так, — Виктория достала монету из трусов, засунула в бюстгалтер, под ткань, закрывающую левую грудь. — И что в этом такого?

— Это считается аморальным в обществе, — заметил я. — Особенно в светском.

— Ой, ладно, — хихикнула Вика. — Я просто пошутить хотела… Кстати, что ты там говорил насчёт монеты Долгопрудных? Не поняла.

Я ей пересказал то, что выудил из памяти реципиента. Что Долгопрудные решили выпустить свои деньги. Даже вроде пара статей мелькала в жёлтой прессе.

— Это не отменяет тот факт, что она моя, — заметила Виктория, затем потянулась. — Ладно. Предлагаю сходить и попрыгать с причала. Как раз покажешь, как вы это делаете. Как раз этот кучерявый самец свалил оттуда.

— Кучерявый самец! Ха-ха! — прыснул я со смеху от сленга астральной кобры. — Ну пойдём.

Мы прошли по перегретому песку в сторону причала, выбрали удачное место минуя ещё тридцать метров гладкой просмоленной доски, огибая отдыхающих. Парочки сидели и болтали ногами в воде, общаясь. Дальше два прыгуна-подростка по очереди плюхались в воду.

— Вот, здесь точно должно быть глубоко, — показал я на воду. Она была настолько чистой, что в ней я видел дно, по которому ползали рачки и мелькала мелкая рыбёшка.

— Ну, показывай, — улыбнулась Виктория, замирая на краю и поднимая руки. — Как вы там руки складываете?

— Так, главное здесь не только сложить руки правильно, но ещё и мощно оттолкнуться ногами, и в воздухе изменить траекторию, — произнёс я, затем подошёл к воде. — Вот так, смотри внимательно.