— Тарк, давай, — говорит вояка одному из своих воинов, и он встаёт со мной в спарринг. — Начали! — приказывает Кайран, и мой оппонент бросается на меня в атаку.

Удар противника был быстрым, но не настолько, чтобы я не смог его заблокировать. Парирую деревянный меч древком топора, отталкиваю от себя противника и наношу широкий диагональный удар сверху вниз. Противник пробует заблокировать его, приняв на щит, но силы у меня было явно побольше, поэтому он не выдерживает и падает.

— Довольно! — громко произносит Кайран, когда я встаю ногой на грудную клетку воина и замахиваюсь для удара.

Пожимаю плечами и отхожу от противника.

— К воинам! — он кивает одному из своих людей, и меня снова заковывают в кандалы и отводят в сторону. — Следующий ты! — Кайран указывает на длинноухого паренька, и тот выходит вперёд и берёт в руки короткий клинок.

— Тарк, ну с эльфом-то ты справишься? — усмехнувшись, спрашивает вояка своего подчинённого, и я замечаю лёгкую усмешку на лице эльфа. — Начали!

Бой воина Кайрана с эльфом закончился ещё быстрее, чем мой. Паренёк оказался ловким и невероятно быстрым воином, и не прошло и пары секунд, как Тарк стоял на коленях, а длинноухий за его спиной, при этом держа свой деревянный клинок возле горла первого.

— К воинам! — произнёс вояка, после чего приказал позвать следующего.

* * *

Спустя час.

В итоге из десятерых рабов, купленных Красным тюрбаном, в группу воинов попали четверо. Я, эльф, мужик с косой и татуировками на лице, и ещё один паренёк, который выглядел ещё моложе эльфа (у меня сложилось такое впечатление, что ему было около шестнадцати) Остальные попали в группу «мясо»…

— Уведите их, — Кайран кивнул на вторую группу, и его подручные куда-то их повели. — Знаете, почему они мясо? — усмехнувшись, спросил он. — Потому что не я буду их тренировать, ибо они не заслуживают того времени, что я мог бы на них потратить. А это — он делает небольшую паузу — означает только одно. На Кровавых играх, они протянут бой, может два, но не больше! — вояка бросает на нас свой оценивающий взгляд, от которого становится не по себе.

— Кайтарец, — вояка обращается к мужику с татуировками. — Какой у тебя тотем⁈ — спрашивает он, но воин с косой его, разумеется, не понимает. — Мать его! Он же ничего не понимает! — Кайран закатывает глаза.

— Я могу его спросить, — предложил длинноухий. — Я немного говорю на их языке, и если вы поставите меня подальше от этой зеленокожей твари, то я…

Договорить ему не дали. Кайран как-то уж больно резво сократил расстояние, разделяющее его и длинноухого, и нанёс тому смачный удар в солнечное сплетение.