Логично, что ничего не логично. Мне как бы не хотелось, чтобы Алёна была со мной на «связи» двадцать четыре часа в сутки. Как бы… А вдруг ей в туалет захочется? И что, мне ощущать её позывы? Ну его нахер!

За своими мыслями я даже не заметил, как девушка обошла меня со спины и прильнула сзади, обхватив руками. Она начала напевать тихую песенку, будто влюблённая дурочка.

— Владыка… Вам кто-нибудь говорил, что вы вкусно пахнете?

— Это духи от Антонио Бансереза, — машинально ответил я, думая, как быть, а потом опомнился. — Или ты с гастрономической точки зрения интересуешься⁈

Она засмеялась, а её смех звучал, как звон колокольчиков. Девушка начала обнюхивать меня всё ближе, а её дыхание ощущалось на шее и голове.

Да что за херня с ней происходит⁈ Рааст, сука ты эдакая, отвечай!

«Школьный курс биологии помнишь? — мне показалась, что он хмыкнул. —Так вот, ты пестик, а она тычинка! Ах да, ты же тупой и не поймёшь всё равно! Скажу тебе простым языком: Она хочет размножаться!»

Ну, что-то такое я и предполагал, хотя признавать как-то не хотелось. Создал, мать его, Пожирателя на свою голову, которая теперь похожа на заядлую нимфоманку и уже…

— Ты куда руки суёшь⁈ — возмутился я, как невинный девственник и хлопнул по её ладошкам, что тянулись к моей ширинке.

— Владыка… Пожалуйста… — чуть ли не стонала она мне в ухо.

— Алёна, что б тебя! А ну траханье охладила!

Девушка вздрогнула и замерла, после чего расслабила объятия и вновь обошла меня, встав передо мной.

— Простите, Владыка, — покусывала она нижнюю губу. — Я-я… Не понимаю, что со мной происходит. Вы слишком вкусно пахнете… М-мне сложно…

Ну хотя бы держать себя в руках она может! Фух, а то я уже думал, что придётся отбиваться!

— Так, мне надо подума…

Договорить я не успел и прозвучал пьяный голос:

— О-о-о, мужики, смотрите какая краля!

Со стороны дорожки парка нас было видно не особо хорошо, но каким-то чудом трое индивидов смогли это сделать. Пьяные, заросшие и похожие на бомжей, они двинулись в нашу сторону.

— Эй, молодёжь, как дела⁈

Я вздохнул и покачал головой. Вот, сука, как эти неприятности жизни сами меня находят? Стояли же в парке, никого не трогали и тут эти дебилы показались.

— Мужики, идите своей дорогой, — крикнул я им.

Троица переглянулась и заржала, а один из них сказал:

— Вы его слышали? Пацан нам указывает!

Как только они подошли по ближе, я ощутил стойкий перегар и вонь сигарет вперемешку со спёртым запаха пота.

— Поступить по-другому, пацан, — оскалился он в гнилозубой улыбке и приобнял меня за меня. — Ты свалишь, а мы пообщаемся с твоей подругой!